Эна пустила в ход тяжелую артиллерию. Теперь мать обязана отойти от двери.

— Долго не гуляй, — пробормотала Лора. — Холодно. Сидите на кухне лучше. Я все равно пойду спать.

— Хорошо, — буркнула Эна и выпрыгнула в дверь так, будто сигала в окно.

Калитку она тоже открывать не стала, легко перемахнула через каменную стену и припустила по дороге к лесной тропинке. Там, у камней, где она встречалась с волынщиком, должны были ждать ее парни. И они ее ждали. Только стояли по разные стороны валуна. Да и черт с ними! Ей не до их глупой ревности!

— Часы! Часы! — она схватила Дилана за грудки. Малакай все равно ж ничего не поймет. — Они снова идут. Понимаешь?

Он кивнул и поймал ее руки. Рукопожатие показалось Эне довольно жестким.

— Давай не ликовать заранее, ладно? А вдруг они пытаются нас отвлечь...

Умеет Дилан все испортить! Она перевела взгляд на Малакая — надо бы объяснить про часы, а то он и так чувствует себя обиженным. Только говорили уже на ходу. За двадцать минут даже бодрым шагом добраться до озера проблематично. На половине пути перешли на бег, а когда Эна увидела, как деревья склонились друг к другу, образуя для них тоннель, она заставила парней перейти на спринтерский бег. Финишировали они у кроссовок лепрекона. Тот покачал головой и постучал по запястью. На что он намекает? На часы?

— Я видела! — задыхаясь, выдохнула Эна.

— Не знаю, что ты видела, Эйнит Долвей, — усмехнулся маленький сапожник. — Но вы показали очень плохие результаты. Едва живы. Вам жизненно необходимо освежиться в озере. Но я бы предложил все же вам раздеться. Осенние ночи не располагают к прогулкам в мокрой одежде. И вообще вы не умеете считать до двух, — добавил он тут же, глядя в упор на Малакая. — Или вы взяли его сторожить одежду?

Эна шагнула вперед, дырявя лепрекона взглядом.

— Он идет с нами.

Тот хихикнул и попытался вновь стать серьезным, но у него ничего не получилось.

— Ну, сколько раз повторять, что ты неисправимая тупица, Эйнит Долвей? Твое слово здесь вообще ничего не значит. И мое, кстати, тоже... Я вот лично не приглашен королем на свадьбу и не могу передать жениху принцессы одну маленькую, но очень нужную ему вещь. Потому-то я и пригласил тебя сюда — в качестве посыльного, — подмигнул ей лепрекон и поманил к себе.

Только Дилан схватил ее тут же за руку, и Малакай последовал его примеру. Лепрекон вновь покачал головой.

— Нет, так не пойдет, Эйнит Долвей. Один сюда вообще не приглашен, хотя я ему и разрешил поиграть в сторожа одежды, а другой может на что-то рассчитывать только в качестве переводчика, не более того... Эйнит Долвей, скажи им, чтобы они тебя отпустили и подойди ко мне, а то я найду другого посыльного. Попасть на королевскую свадьбу желающих хоть отбавляй. Ну... Я жду.

Дилан сильнее сжал руку, когда Эна попыталась высвободиться. Тогда она шикнула на него:

— Дай мне с ним поговорить. Я не пойду никуда одна.

Она сделала шаг к лепрекону. Лицо у того из насмешливого стало вдруг злым, и все же он показал ей ладонь, и на ладони было кольцо. Только Эна не протянула руки.

— Это кольцо теперь никому не нужно, — сказала она, внимательно следя за выражением глаз лепрекона: они стали какими-то уж больно стеклянными и отражали теперь ее как в зеркале, и это отражение не очень нравилось Эне. Такая напуганная, что аж страшно от собственного страха.

— Это кольцо никому не нужно, — повторила она, не получив от лепрекона

никакого ответа.

— Я уже сказал, кому оно нужно — жениху нашей принцессы. Он очень его ждет, а заставлять будущего принца ждать чревато большими неприятностями для посланницы, а посланница — это ты, Эйнит Долвей.

Эна сглотнула наполнившую рот невкусную слюну и заставила себя сказать то, что очень хотелось сказать:

— Почему ты не вернул кольцо хозяину?

Лепрекон улыбнулся.

— Это кто не вернул? Я не вернул? Очень даже вернул... Деду. Но дед не пожелал его брать. Вернее, он его взял, а потом решил, что надо что-то подарить на свадьбу принцессе, а с учетом того, что дарить нам больше нечего, то это кольцо послужит великолепным подарком... Ты меня еще слушаешь, Эйнит Долвей? — оборвал собственную монотонную речь лепрекон.

Эна кивнула. Взгляд ее намертво приклеился к лепрекону, потому она на ощупь взяла кольцо и сжала в кулаке.

— Как я узнаю принца?

Лепрекон вновь улыбался.

— О, он сам бросится к тебе, как только увидит. Ты там только гляди не споткнись. Ты же под ноги совсем не смотришь...

— Смотрю! — крикнула Эна и заскрежетала зубами от злости.

Говорила ж себе не отводить глаз и раз — он надул ее с первой же попытки. Она перевела взгляд со своих кроссовок на кулак. Кольцо она не только ощущала, но и видела.