Но сейчас он задумался, стоила ли она того? Эта новость была как гром среди ясного неба. Я был ошарашен и казалось, он хотел сказать что-то еще. В связи с этим, я решился рассказать правду.

— Ладно, была одна девушка, но у нас ничего не получилось.

Дядя Уоррен округлил глаза.

— Повторюсь, и почему это, черт возьми?

Мне потребовалась секунда на ответ.

— Серьезные отношения никак не вписывались в мои ближайшие планы.

— А если бы ты решил остаться? — Он крутил головой, смотря то на меня, то на набережную. — Тогда бы она вписывалась?

И правда, была бы она частью моей жизни? Думаю, это зависело от Миа. Потому что, по правде говоря, я понятия не имел, что она ко мне чувствовала. Я только помнил ее слова: я был ее лучшим другом, ее влекло ко мне, секс был потрясающим, но она не хотела отношений.

Потому что, как я был уверен, она все ее любила мудака, своего бывшего.

И если это были все ее чувства ко мне, то они не стоили даже мыслей об изменении планов на будущее. Я повторял это себе на протяжении последних нескольких недель, но по какой-то причине, звучали они совершенно неубедительно.

Может мне не стоило ее отталкивать. Может мне нужно было приложить больше усилий и найти способ быть с ней. У меня неожиданно защемило в груди.

Поняв, что дядя смотрит на меня, приподняв бровь в ожидании ответа, я мысленно встряхнулся и признался.

— Возможно.

—Тогда ты должен постараться.

Ну, ему легко говорить.

— Я не собираюсь просить ее ждать меня. Это будет нечестно по отношению к нам обоим.

— Угу, — ответил дядя Уоррен и, судя по его тону, он ожидал именно такого ответа. — Я просил девушку дождаться меня. Она сказала, что подождет, но не дождалась.

Дядя лишь подтвердил мои слова. Мне хватило ума не сказать об этом вслух, вместо этого я спросил.

— А если бы у тебя была еще одна возможность, как бы ты поступил?

—Я бы женился на ней, и взял ее с собой, — ответил он, даже не задумываясь.

Взять ее с собой.

Что-то внутри меня екнуло. Словно меня развернуло на сто восемьдесят градусов и хорошенько встряхнуло. Миа могла поехать со мной! Она медсестра и, если она получит диплом акушера, ее бы с радостью приняли. Акушеры всегда нужны в местах, где работают «Врачи без границ».

Вот черт!

— Знаешь, я в любом случае должен был поступить иначе, — неожиданно добавил дядя, глядя вдаль сквозь меня. — После всего случившегося, я должен был остаться, особенно когда у тебя начались проблемы.

Что? Нет! Я уставился на него, пораженный и сбитый с толку его словами. Конечно, было бы замечательно, если бы он помог мне справиться с переживаниями. На самом деле, было бы превосходно, если бы он был рядом, и убедил мою мать позволить мне жить с ним, уверен. Ему бы не составило труда это сделать.

Но все же, он не должен корить себя за свой выбор.

— Я был не твоей заботой, — напомнил ему я.

— Еще как был, — настаивал он. — Если не моей, то чьей же еще? Уж точно не твоей матери.

Ладно, он прав, но все же… — Все обошлось, смотри кем я стал, и все благодаря тебе.

— Ну… — мой дядя смотрел сейчас на воду, которая сверкала как россыпь бриллиантов. — Я просто хочу сказать — отстойно жить сожалениями. Не повторяй моих ошибок.

Хорошо, послание принято.

— Понял, — ответил я, потому что я действительно понял. Вот только не был уверен, что мне теперь с этим делать.

Было ли слишком поздно? Примет ли она меня обратно? Подходил ли я ей?

— Давай наперегонки до той башни. — Дядя Уоррен указал вперед, и сорвался с места, мне пришлось потрудиться, чтобы догнать его. Сердце ускорило бег, адреналин растекался по венам, и мои мышцы болели от того, как сильно я крутил педали, потому что я ни за что не мог позволить выиграть мужчине, практически вдвое старше меня.

Да, было бы гораздо лучше, если бы он был рядом, пока я рос.

Была половина шестого, когда мы вернули в прокат велосипеды, но дядя не хотел пока уходить, поэтому я последовал за ним, когда он решил пройтись по пляжу. Сняв обувь, мы молча шли босиком по теплому песку. Я понимал, что скоро должно произойти, он тоже, и нам не нужно было говорить об этом.

Мы дошли до закрытой вышки спасателей, и дядя начал подниматься по лестнице. Ему не следовало этого делать. Но, какого черта? Без промедления я поднялся вслед за ним. Рядом не было никого, кроме пожилой пары, прогуливавшейся вдоль берега. Все сёрферы и купальщики держались поближе к пирсу.

Мы сели на деревянный пол, наши ноги болтались в воздухе, а лица были обращены к океану. Солнце все еще ярко светило нам в глаза, пока мы смотрели на красивый, бескрайний Тихий океан через солнцезащитные очки. Я понял, как сильно буду скучать по всему этому. Я прожил здесь всю жизнь, и сомневался, что найдется другое место, где я буду чувствовать себя, как дома.