Шрифт:
— Что-нибудь красное есть? Хочу сделать подарок.
Когда он произносил это «подарок» уголок его губ дернулся в усмешке, и лицо стало неприятным. Рейз заметил краем глаза, хотя даже себе не смог бы потом объяснить, из-за чего.
— Конечно, господин. Какого размера вы желаете платье?
Парень склонил голову набок, словно не ожидал вопроса, пожал плечами:
— Я не знаю, — потом он снова посмотрел на занавеску и добавил. — Там ведь сейчас кто-то есть? Я видел женщину, когда проходил мимо. Может быть, она поможет мне выбрать?
— Опишите хотя бы примерно, — шире заулыбался торговец. — Для какой госпожи вы ищете платье? Молодой или зрелой? Высокой или миниатюрной?
Рейз заметил, как насторожился Лиам, и напрягся сам.
— Ей очень идет красное. Кровь и пламя. Больше всего на свете.
Рейз двинулся к нему — бездумно и не рассуждая. Отточенный за годы инстинкт кричал об опасности. Инстинкт, которому он привык верить.
Занавеска отодвинулась — Рейз увидел это совершенно отчетливо — парень повернул голову, оскалился, и бросился к Силане.
Она вскрикнула, отпрянула назад, закрываясь рукой, и в воздухе вспыхнули искры.
Она не сумела бы закрыться, и лезвие короткого кинжала уже летело ей в лицо.
Рейз успел в последнее мгновение, вскинул руку, отбивая удар в сторону, перехватил запястье ублюдка, резко выворачивая на себя, и с наслаждением услышал, как хрустнула кость.
Тот вскрикнул, его глаза расширились, и Рейз впечатал кулак ему в лицо, отбросил от Силаны назад. Краем глаза он видел Лиама, тот выхватил меч, заслонил ее собой, защищая.
В ушах шумело, и внутри билась злоба. Этот ублюдок напал на Силану.
Рейз хотел стереть его в порошок, в ничто. И бил не сдерживаясь, снова и снова.
— Стойте! Рейз!
Ее окрик заставил его остановиться, замереть, глядя на ублюдка у своих ног.
У того на губах пузырилась кровавая пена, руки подергивались, и только глаза смотрели зло и уверенно.
— Хватит, — попросила Силана. — Пожалуйста. Вы убьете его.
Рейза это не пугало. Он не убивал раньше, но этого урода ему было не жаль.
Если бы не Силана, он бы продолжил.
— Ладно. Хорошо, тогда отдадим его страже. Пусть с ним разбираются городские палачи.
— Нет, — она подошла, сжала его руку, потянула к себе. — Не нужно.
Ублюдок, который напал на нее шевелил губами, пытался выдавить из себя слова, но сквозь сип Рейз разобрал только «алая».
Лиам подошел вплотную, пнул парня под дых и наклонился ниже:
— Не повезло тебе, что ты выжил, приятель, — потом он усмехнулся паскудно и добавил. — Может, папаша тебя и пожалеет, а я не собираюсь. И ты мне все расскажешь. Кто ты, и кто тебя послал.
— Перестаньте, Лиам. Ничего страшного ведь не случилось. Давайте просто уйдем.
— …Алая… Проклятая алая… Сука.
— Нет, — Рейз сам убрал руку Силаны. — Это серьезно. Нужно узнать, как его зовут, и кто его нанял.
— Это не важно. Я прошу вас… я не хочу знать.
Ублюдок рассмеялся, хрипло и жутко и вдруг выдохнул сквозь боль:
— Не помнишь, значит. Да, алая?
Лиам наступил ему на запястье сломанной руки, с силой впечатал каблук.
Ублюдок взвыл, и одновременно с ним вскрикнула Силана. Рейз удержал ее, встряхнул, пытаясь привести в чувство:
— Очнись, он пытался тебя убить. И нас с мелким тоже не пощадил бы. Сейчас не время для жалости.
— Не называй меня мелким, — скучающим тоном бросил Лиам, снова надавил каблуком на неестественно вывернутую руку. — За этим идиотом наверняка кто-то стоит. Или кто-то с Арены, или…
Он замолчал и не стал продолжать, но Рейз все равно понял.
Убийцу мог подослать брат Силаны.
— Не нужно, — повторила она и что-то в ее голосе словно надломилось. — Никто его не посылал. Это просто солдат из Вороного Штандарта.
Тот кое-как сел, даже не попытался взять оружие и выдохнул только:
— Помнишь. Все ты помнишь, тварь.
Лиам замахнулся съездить ему кулаком, но Силана вмешалась, перехватила за предплечье. Рейз не успел ее удержать.
— Солдат что ли? — Лиам отступил от ублюдка на шаг, окинул равнодушным взглядом. Двигался пацан легко, словно она не висела у него на руке. — Поехал головой на войне?
— Я не сумасшедший, — сквозь боль выплюнул ублюдок, кашлянул кровью. Он не сводил с Силаны взгляда, и похоже выбирал момент, чтобы напасть снова.