— Кирпичом? — испугалась я.

— Зачем? — обиделся Ник. — Кулаком, но от души.

— Ничего себе у тебя кулак! — не поверила я. — Сразу вырубил наповал. Может, у тебя был кастет?

— Да не было никакого кастета, — возмутилась Галюня, — голыми руками справился! Можно было подумать, что он не музыкант, а какой-то спецназовец. Надо же, одним ударом — и сразу наповал!

И она так посмотрела на Ника, что я почувствовала довольно болезненный укол ревности. А самое противное во всем этом было то, что я понятия не имела, кто же в тот момент шел рядом с нами — Ник или дьявол.

— С ума сойти! — выдохнула я и остановилась перед своей дверью.

Я представила себе, что Раиса в этот момент пялится в глазок, и чуть не заплакала — завтра весь двор будет знать, что вернулась я домой поздно и в неприличном виде. Конечно же, она добавит, что была я пьяная в стельку и Галка с Ником тащили меня на руках. А вскоре об этом узнают и мои родители.

Галка ждала, что скрипач пойдет с нами, она же не знала о том, что он живет по соседству, и думала, что Ник великодушно решил нас проводить. Увидев, как он направляется к соседней двери и достает из кармана ключ, моя подруга замерла. Потом так посмотрела на меня, как будто я на ее глазах съела живого младенца. Да уж, объяснять придется многое, и что бы я ни сказала, все будет использовано против меня.

— Девочки, — обратился к нам Ник, — я бы пригласил вас в гости, но мне кажется, что вы хотите сначала привести себя в порядок. Да нет у меня в доме ничего съестного, я ведь целую неделю отсутствовал. Но если захотите, то я вас жду. Во всяком случае, чай у меня всегда отменный.

Когда мы оказались у меня дома, Галка прямо с порога начала свой допрос:

— Так, подруга, а теперь объясни мне: что все это значит? И не вздумай мне врать. Меня сегодня едва не зарезал один из твоих тайных дружков, а второй… — она задумалась, потом резко спросила: — Кстати, почему ты мне никогда не говорила, что Ник живет с тобой на одной площадке? Что, запала на него, да? Побоялась, что я его у тебя уведу?

Галка сощурилась и посмотрела на меня с таким презрением, что я готова была сквозь землю провалиться.

— Нет, Галь, все не так, как ты думаешь, — торопливо попыталась я оправдаться. — Ты же меня с детства знаешь. Когда за мной что-то подобное водилось?

— Никогда, — согласилась Галюня, — раньше, но ведь все могло измениться. Уже одно то, что ты умолчала про Ника, меня сильно настораживает. Раньше у тебя от меня секретов не было.

Критически осмотрев свое пальто цвета топленого молока, на котором теперь здоровенными кляксами застыла грязь, Галина окончательно вышла из себя.

— Слушай, Маня, если ты мне сейчас все честно не расскажешь, я с тобой даже разговаривать больше не буду. Я, как идиотка, неслась к тебе по первому же твоему зову, а ты тут тихой сапой какие-то дела проворачиваешь с сомнительными личностями. Мне это не нравится.

— Ник не сомнительная личность, — начала было я объяснять, но Галка меня перебила:

— Я говорю не о Нике, а о том отморозке, которого ты назвала Старым. Откуда ты его знаешь? Даже не подозревала, что ты водишь знакомство с такими типами.

— Очень сомнительными, — покорно согласилась я. — Но, Галюнь, тут все настолько запутанно и противоестественно, что я даже не уверена, поверишь ты мне или нет.

— Если ты мне не будешь врать, то поверю, — поучительно произнесла моя подруга, — я, знаешь ли, во многое готова поверить, но только не в откровенную ложь.

— «Откровенная ложь», — хихикнула я, — звучит как-то слишком уж нелепо. Ладно, пошли сначала приведем себя в порядок, потом я тебе все расскажу, но только при условии, что ты не будешь меня перебивать.

— Перебивать тебя я не буду, я лучше тебя сразу убью, если ты попытаешься мне навешать лапшу на уши, — пригрозила Галка и направилась в ванную — умываться. А я осталась в коридоре ждать, когда она освободится, чтобы вымыть ноги, а заодно подбирала слова для своей покаянной исповеди. Сердце подсказывало мне, что даже фанатеющая от мистики Галка не поверит ни единому моему слову.

А потом мы сидели на кухне, прихлебывали обжигающий кофе, чтобы согреться, и я подробно рассказала ей все, начиная с тех страшных приступов необъяснимого лунатизма и заканчивая визитом дьявола. О Старом и Белом я тоже не стала умалчивать и, лишь когда речь зашла о них, вспомнила, что надо было позвонить в милицию. Ну, сейчас-то уже поздно. Оставалось надеяться на то, что Ник это сделал за нас.

Когда я закончила, Галка еще несколько минут пыталась переварить услышанное. Иногда она, не мигая, смотрела мне в глаза, как будто надеялась лишний раз убедиться, что я не лгу.

— Обалдеть! — наконец выдавила она из себя. — Маня, я даже не знаю, что сказать. Как-то мне не верится во все это.

Я грустно вздохнула, ничего другого я и не ожидала. Я бы точно не поверила в такую ерунду.

— Вот поэтому я и не рассказывала тебе все это, — призналась я. — Галь, я боялась, что ты потащишь меня еще к какой-нибудь бабке.