— … невиновного…, — поправила я.

— …невиновного, — повторил он, — то, что будет дальше?

— Вассалитет.

Точнее, этот сумасшедший выйдет из Цитадели только при одном условии — войдёт в род Блау. Если предки не примут… значит станет вассалом. А дядя никогда не откажется от такой силы в Клане.

— Согласен, — выдохнул Гладси быстро, и сгреб хран во внутренний карман форменного кафтана. — Клятву приносить сейчас, леди?

***

Вестник от Луция нашел меня в ресторации — я пила чай в ожидании позднего завтрака, свернувшись клубком в удобном кресле. Альковы были отдельными, задернутые плотными шторами — всё для того, чтобы создать сирам иллюзию полной уединенности.

«Мистер Сяо уже прибыл в поместье. Возвращайся. Испытания проведем после обеда. Наставник».

Я щелкнула пальцами и развеяла чары Вестника с хлопком. Ещё одно простое плетение и призрачная проекция часов зависла над столом в воздухе. Люци привезут к вечеру, у опытного рунолога проверка управляющего контура Стабилизатора займет мгновений тридцать — времени хватит. И чтобы наконец позавтракать, и чтобы дождаться Ремзи.

***

Зиккерт пришёл не вовремя — я как раз облизывала кончики пальцев. Пирог был изумительно вкусным, а завтракала я одна.

— Леди…, — насмешливый поклон и наглец, не спрашивая разрешения, плюхнулся в кресло напротив.

Мгновений пять мы молчали — я не собиралась прерываться. И, только закончив, нацедив себе дополнительную пиалу ароматного чая и тщательно вытерев руки, я поприветствовала Ремзи.

— Зи. Кажется так к тебе обращается ближний круг?

— Леди… хочет стать ближе? — подколол он.

— Насколько это возможно, — нежно улыбнулась я в ответ. — Перейдем к делу.

— У нас уже есть общие дела?

— Их не будет, если разговор пойдет в таком же тоне, — сегодня у меня не было времени на зубоскальство.

— Слушаю, — маска паяца слетела с Ремзи мгновенно.

— Поединок, послезавтра, — отчеканила я коротко. — Пропустим предварительные игры, и представим, что ты уже попросил об отмене клятвы. Предложил что-то взамен, и я уже согласилась.

Рот Ремзи приоткрылся удивленно.

— Я не буду поддаваться, — нахмурился он.

— Конечно, нет. Как можно? Девчонке? С третьим кругом? — хмыкнула я насмешливо. — Я внесу изменения в клятву на время поединка…

— И подыгрывать не буду…

— Не нужно, — ответила я холодно. Щелкнула пальцами, давая знать, чтобы принесли счёт. — Наоборот. Мне нужно, чтобы ты показал всё, на что способен. Дрался изо всех сил.

— В чем подвох? — Зиккерт сдвинул брови.

— Его нет. Обычный поединок. Три тура. Две стороны в кругу. В полную силу. Я сниму клятву при двух условиях…

Ремзи паршиво хмыкнул и вальяжно откинулся в кресле.

— … если ты проиграешь, ты сменишь Клан, — я отпила глоток чая, — на тот, который укажу…

— А если выиграю? — глаза Ремзи сверкнули от восторга, он подался вперед. — Можешь убрать условие, Блау. Если я выиграю — а я выиграю — потребую, чтобы приняли в клан Блау…

— Я не сказала Блау, Зиккерт, — ещё глоток чая.

— Но…

— Я сказала — сменишь клан, — повторила я по слогам. — Решения о принятии в клан Блау рассматривает Глава. Испытай судьбу, запишись к дяде — прием раз в две декады.

— Какой Клан? — процедил он сквозь зубы. Настроение малыша Зи явно испортилось.

— Узнаешь. Как только проиграешь.

— Я выиграю, Блау, — тихо прошипел он в ответ. — Шестой против третьего.

— Ты сменишь клан, Зиккерт, — ответила я совершенно спокойно. — Считай, что это предначертано…

— Второе условие, Блау?

Я молчала, внимательно изучая породистое лицо мальчишки напротив. Второе условие — второй шанс. По большому счету я ничем не лучше Зиккерта. Столько крови… но мне шанс дали.

— Когда ты проиграешь…

— Если, Блау! — зашипел он, как потревоженный скорпикс.

— … когда ты проиграешь, это будет последний день, когда ты прокачиваешь круг при помощи беспомощных жертв.

Губы Ремзи дернулись, глаза потухли, но я не собиралась обсуждать ритуалы.

— Клятва на крови, — я пошевелила пальцами на правой руке — родовое кольцо вспыхнуло бликами в свете магических светляков. — В случае проигрыша — смена Клана и никаких запрещенных способов тянуть силу, — я сделала глоток чая, — решай.

Зиккерт молчал. Сверлил меня нечитаемым взглядом, думал — это было видно по тому, как плотно сомкнулись и побелели тонкой полоской губы.