Стоило отдернуть занавеску, и Город врывался в комнату миллиардами огней, манил, звал, заставлял скулить от невозможности влиться в этот нескончаемый поток жизни.

Плакать я не решалась: за дверью прислушивался к каждому звуку Хидеро Року. Кажется, он никогда не спал.

И однажды я не выдержала:

— Послушайте…

Телохранитель бесшумно поднялся с пола, на котором сидел, поджав ноги — то ли медитировал, то ли все же дремал.

— Рокано говорил, что я свободна. Можно… погулять?

— Сейчас?

Мой нерешительный кивок его не смутил:

— Подождите немного. Нужно предупредить господина.

— Нет, — его рука обжигала. — Не надо. Я хочу погулять… одна. Без свидетелей.

Мой тюремщик молча отстранился и бесстрастно доложил:

— Только с разрешения господина.

Неожиданно Рокано согласился:

— Устала сидеть в четырех стенах? Да и от занятий надо хоть иногда отвлекаться. Как вспомню свои, — его передернуло. — Правда, есть условие: я пойду с тобой!

А я-то надеялась побегать! Но с прицепом в виде пусть и ловкого, но не представляющего себе, что такое паркур Наследника это было невозможно.

— Послушай, я все понимаю. Но знаешь, — Рокано понизил голос, почти зашептал,

— ты увидела мой мир. А мне до безумия хочется увидеть твой. Но capo он не покажется.

Любопытство я понимала. Ну что же, позанимаюсь на какой-нибудь площадке, наверняка поблизости есть подходящая. Показать Рокано обычный, живой мир тоже интересно!

— Только катану оставь, иначе ничего не получится.

Рокано послушно оставил меч. Но я была уверена: под бесформенной толстовкой, которая сменила идеально сидящий пиджак, скрывается другое, более современное и действенное оружие. Перечить не стала: Рокано виднее.

Город встретил запахом пыли, выхлопных газов, шумом и огнями. Я уже и забыла, как это — просто идти по улице не убегая, не прячась. Рокано шагал рядом, глазея по сторонам так, словно видел все это впервые.

— Неужели никогда не гулял по ночному городу?

— Пару раз, и то — недолго. Обычно сидел в ресторане, а потом летал по дорогам.

Ночные гонки не были редкостью. Ревущие машины клановцев не подчинялись правилам, и горе тем, кто оказывался на их пути. Семьям погибших выплачивалась компенсация, дела быстренько закрывались…

— Теперь не гоняешь?

— Отец выдрал, — Рокано смущенно улыбнулся. — Неделю на животе спать пришлось!

В глубине души шевельнулось уважение к Менети Джуну — надо же! Клановец, думающий о людях!

— Сказал, Наследник не имеет права так рисковать.

Ну вот. Я снова ошиблась.

Словно поняв, Рокано сменил тему:

— Что будем делать?

— Ты ужинал?

— Проголодалась? Давай поедим! — он заозирался в поисках ресторана. Воспоминания об уроках госпожи Аи заставили запротестовать:

— Не туда. Никаких церемоний! Раз уж я показываю тебе Город…

Фуд-корт круглосуточного супермаркета кипел жизнью. Кричащие вывески предлагали гамбургеры, пиццы, шаурму и выпечку всех мастей.

— Что будешь?

Рокано затравленно озирался, но нашел силы улыбнуться:

— На твой вкус! Я же должен знать, что любит моя невеста!

— Тогда ищи свободный столик! — прокричала в самое ухо и рванула к терминалу.

Пончики, посыпанные сахарной пудрой. Горячая сосиска на капустном салате, уложенная в длинную булку и залитая соусом. Конечно, соевая, с ароматизаторами, но после полезной и здоровой еды Клана рот наполнился слюной от одного запаха запретных лакомств. Подумала и добавила к заказу клинышек сырной пиццы. И как завершение пиршества — по два стакана шипучки и по чашке кофе со сливками.

— Что это? — Рокако принюхался. — Это едят?

— Попфоьуй, — я впилась зубами в мягкую булку. Жених с сомнением последовал моему примеру.

— А, знаешь, не так уж и плохо…

Съели все: и сосиски с салатом, и пиццу, и пончики. Кофе оказалось даже слаще пахнущего фруктами лимонада. Его я пила маленькими глотками, растягивая удовольствие.

— Не думаю, что это можно есть каждый день… но время от времени сгодится.

Я счастливо улыбнулась. Вечер, удался! Еще бы побегать!