— Быстро!

Голос звучал незнакомо. В нем появились низкие рычащие нотки.

Вера попробовала упрямо вскинуть голову, но неожиданно согнулась и рванула к выходу.

Ого! Это что, она моей волчицы так испугалась? Какая, оказывается, грозная у меня серая…

— Ника?

В холл выглянул Егор. Лицо у него было встревоженным.

— У тебя все нормально?

В два шага муж оказался рядом.

— Кажется, да.

— Кажется?

Во взгляде супруга мелькнула настороженность. Почувствовал мое состояние. Как и всегда. Я вспомнила, как тогда, в маленьком домишке Митяя, я впервые поняла, что можно слышать и ощущать другого человека, как себя. До переезда в Лог я мало что знала о волках. Баба Феня растила меня обычным человеком и редко говорила об оборотнях, считала, что не нужно бередить старые раны. А тут, прямо на моих глазах, на месте огромного пса появился человек. Мужчина. И этот мужчина поцеловал меня так, что в груди жарко стало, а сердце едва не остановилось. До сих пор помню свои эмоции. Неверие, радость, страх, надежда…

— Ника? — встревоженно посмотрел на меня Егор, заставив отвлечься от недавнего прошлого.

— Все нормально, Гор, правда, — улыбнулась в ответ. Ярость отступила, волчица успокоилась и затихла. — Просто перекинулась парой слов с нашей соседкой.

— Ты про Орскую?

О, кто-то насторожился! И готов тут же встать на защиту маленькой и беспомощной меня. Я хмыкнула. В этом весь Гор. Только я совсем не беспомощная. А теперь, когда у меня волчица есть, так и вовсе… опасная. И не только за себя, но и за близких постоять могу.

— Ниша, что случилось?

Янтарь в глазах мужа потемнел. Голос звучал требовательно и сурово.

— Она тебя обидела?

— Нет. Мы просто поговорили, и она ушла.

— Ушла? — иронично переспросил Егор.

— Угу, — беззаботно кивнула в ответ.

Мне не хотелось грузить мужа женскими разборками. Еще не хватало! С этим я и сама разберусь, Гору и так проблем хватает.

— Идем, а то пропустим все самое интересное, — потянула я его к двери.

— По-моему, самое интересное уже произошло, — задумчиво сказал Егор, не торопясь уходить. — Эта парочка все-таки дошла до венца, и оба сказали «да».

— Ты не верил, что это произойдет?

— Честно? Не очень.

Егор прищурился и посмотрел на портрет своего прадеда. Тот висел в простенке между окнами, наособицу ото всех остальных членов семьи Брагиных, и казался немного не к месту в этом просторном светлом холле.

— Никого не напоминает? — кивнув на картину, спросил муж.

Я вгляделась в суровое, неприветливое лицо. Свинцово-серые глаза, твердая складка губ, крупный нос, решительный подбородок. Если убрать бакенбарды и изменить прическу…

— Похож на Стаса, — удивляясь, как не замечала этого сходства раньше, ответила я.

— Это Георгий Брагов, один из самых отчаянных рубак и повес своего времени. Прославился победами не только на поле боя, но и в светском обществе. Не пропускал ни одной юбки, — усмехнулся Гор.

— Хочешь сказать, что Стас и в этом на него похож?

Я недоверчиво посмотрела на мужа.

— Если хотя бы десятая доля того, что я узнал о Брягинцеве, правда, значит, гены прадеда передались ему в полной мере.

Муж достал сигареты и закурил, задумчиво глядя в окно. Метель, которая мела несколько дней подряд, наконец успокоилась, и длинные сосульки, свисающие до середины рамы, красиво блестели в лучах солнца.

— Но он все-таки женился, раз вы появились на свет.

— Нет. Не женился.

— Подожди, я не поняла…

— Это брат моего деда, — пояснил Егор. — Он так и умер бобылем, в доме одной из своих любовниц.

М-да. Весело.

— Просто ему не попалась такая женщина, как Инга, — я сдула со лба выбившуюся прядь. — Вот он и не женился. А Стас молодец, понял, какая девушка с ним рядом.

— Это-то и удивительно, — усмехнулся муж.

Несмотря на то, что Брягинцев принимал участие в моем спасении, Гор не торопился ему доверять. Не нравилось Егору, что Стас так бесцеремонно вклинился в жизнь стаи. Опасался, что тот принесет с собой проблемы.

— Ты не веришь, что они будут счастливы?

— Не знаю, Ниша, — честно ответил Гор. — Поживем — увидим. Идем, там, наверное, официальная часть уже закончилась.

Он обнял меня за плечи и повел в зал.

Праздник завершился далеко за полночь. Гости разошлись, официанты и работники ресторана навели порядок и уехали, и в доме не осталось чужих. Не считать же посторонней бабу Любу? Пожилая волчица много лет помогала Стасу по хозяйству и вслед за ним переехала в Брагино, взяв на себя заботу о готовке и уборке. «Не хочу, чтобы ты превращалась в домработницу, — заявил мне Брягинцев в тот день, когда перевез нас с Никиткой в особняк. — Хватит уже на себе все тащить».