– Евсей! – гремит отец, но у меня сейчас другие проблемы, не до того мне, чтобы испуг изображать. – Ты не забыл, с кем разговариваешь?

– Можешь потом меня за это в угол поставить и спать отправить без сладкого. Сейчас мне нужно знать все про эту чертову семейку.

– Сын, не пори горячку. Погорелов в курсе и дал добро, сволочь.

– Ты же с ним общался. Что за подстава?

– Вместе сходить в баню и на охоту - одно, а когда родной сын строит планы и хочет чего-то добиться - другое. Как я понял, Виктор - мальчик проблемный. Конечно, до тебя ему далеко, потому что проблемы он искал в другой стороне.

– Это сейчас гордость в твоем голосе?

– Евсей!

Ладно, понял.

– Будь готов, сынок. Сегодня там устраивают вечеринку для своих. Сам понимаешь, что «своих» - понятие растяжимое, а это значит…

– Все, кто сможет, чтобы привлечь больше внимания, – договариваю за него. – А раньше позвонить и сказать ты не мог? Твоя лодка тонуть собралась, вообще-то.

– Так я все ждал, когда матрос объявится.

Пошутил, что ли? Кто так шутит?

– Сын, мне приехать?

Чего? Это типа он мне мировую жвачку предлагает?

– Нет, – коротко, но, главное, ясно. – Сам справлюсь.

Уже сбросить хотел, когда отец продолжил:

– А с Соней у вас как…

– Отлично у нас все с ней. Бать, не лезь. Серьезно. Тебя это не касается.

– Не касается.
– Я на расстоянии вижу, как отец кривляется, повторяя мои слова. – Как заговорил. Ты пойми меня правильно, сынок, я просто не хочу друга терять. Если ты обидишь Соню, как я Федору потом в глаза смотреть буду?

– А если она меня обидит, ты на дядь Федю коситься будешь? Постоишь за честь сына?

Кажется, мы оба поняли друг друга.

Хоть я и не фанат разговоров по душам, но тут он был необходим. Впрочем, я слишком тащусь от Никольской, чтобы принимать всерьез прошлые запреты отца относительно нее.

Кстати, где она?

Кто, как не стерва Соня, поможет мне придумать операцию под названием «Похороним мечты зародыша»?

Я почувствовал, как натянулся струной мой последний нерв, стоило мне только найти Никольскую. И взорвался я не оттого, что она переоделась и сейчас стояла в короткой юбке, заставляя всех имбицилов смотреть на её длинные ноги. И не оттого, что рядом с ней был непонятный хрен в желтой куртке. Меня бомбило, потому что в руках она держала сраный букет цветов. Таблицу умножения вспоминать не надо, чтобы вычислить, кто именно прислал ей его.

Руки сжались, глаза загорелись похлеще фингала Никольской, и я ринулся вперед - украшать ближайшую помойку.

Нет, надо завязывать с долбанутым флористом и закрывать его цветную лавочку. Можно даже сжечь. Эх, на что только ни пойдешь, чтобы никто не смел трогать твою девушку.

Глава 35

– Ты - скройся, и веник с собой захвати. Помойку украсишь. Пантера, к тебе у меня отдельный разговор. Чего все встали? За работу!

Грозный Гуляев – ржачный Гуляев.

А уж как от злости сверкали его глаза? М-м-м, загляденье.

Сажусь на стул, ловко перебрасывая ногу на ногу.

– Помойку украсить? – ухмыляюсь, даже и не думая скрывать этого. Кстати, я вывод сделала: после секса и переосмысления наших с Евсейкой отношений мне все равно нравится его бесить. Не уверена, что это когда-нибудь прекратится.

– Не придирайся к словам, – передергивает плечами, будто паука с себя скидывает. – Ты городские помойки видела? Хоть с моей подачи их кто-то украсит.

– Спасибо, конечно, что разобрался со всем этим, но… ты когда ревнуешь, у тебя глаз дергается. Избавь народ от этого зрелища.

– Цветами надышалась, что ли? – возмущается он.
– Мы в клубе, а не в оранжерее. Нечего портить вид дешевым букетом.

– Не отмажешься, Гуляев. Скажи вслух слова: я тебя приревновал, Соня. Поверь, ты не умрешь после этого. А если и откинешься, то это будет героическая смерть.

Евсей подходит ближе и смотрит прямо в глаза.

– Только я могу тебя лопухами заваливать. А могу и без лопухов завалить.

– Фу-у-у, – отталкиваю его от себя, оглядываясь по сторонам. Надеюсь, никто не услышал. – И что-то я не припомню такого, чтобы ты мне цветов дарил. Скупой?

Парень молча достает телефон, и через несколько секунд мой сотовый пиликает.

– Стикер? Гуляев, ты серьезно?

Страшная морда с могильным веником подмигивает мне с экрана.

– Двадцать первый век на дворе, Пантера. Только мудаки портят экосистему. Кстати, на втором этаже есть кабинет с удобным диваном. Как насчет того, чтобы подняться и посчитать его пружины?

– Минутку.

Раз мне достался бесплатный стикер, то Гуляеву…

– Двадцать первый век, парень. На секс можно и в интернете посмотреть.