– Идиоты, – прокомментировал он, когда забег возобновился. – Но прикольные.

– Гуляев, езжай уже. Хватит над ними издеваться. Догонят, зубы пересчитают. А ты у мамки с папкой один.

– Ну и скучная же ты, Никольская, – разочарованно пробурчал и за угол свернул несколько раз. – Нарывучая, но скучная.

Мой план - как можно скорее попасть домой. Если придется, то я выкину Гуляева из машины даже несмотря на то, что он за меня заступился. Вмятина не стоит сломанных костей. Евсей, человек, который деньги на ветер разбрасывает, должен об этом знать. Ладно я нервная, он-то чего вздумал бешеных собак дразнить?

А еще он забрал мою машину.

– Ты за рулем как хомяк с двумя гранатами. На метро покатаешься, – сказал и свалил.

Я домой, а меня там папаня перехватывает. Сбежать не получится, я дверь уже закрыла на ключ. В окно… так он возле него стоит. Что за день такой?

– А твой любимый Евсей у меня машину угнал.

– Сонь, как мне надоела ваша ругань. – Ой, а песенку-то старую запел. Сколько раз за свою жизнь я её уже слышала.

– Он первый начинает.

– Но ты не заканчиваешь. Сегодня. Мальчик побеспокоился о тебе, домой привез, а ты… Сонь, мы тебя разве так воспитывали?

Бла-бла-бла. И так по кругу.

– Не так? – Сил нет, но мне уже надоело слушать одно и тоже.

– Завтра мы встречаемся с Погореловыми. Если все пройдет гладко, ты полетишь куда там мечтаешь. Если нет…

– Что? Не подумай, я не собираюсь ничего вытворять, но лучше сразу узнать приговор, чем лопаться от интереса.

– Поверь, дочь, лучше тебе этого не знать. – Сказал таким тоном, с такой интонацией, честно, я поверила.

Ну ничего, не помру же я, примерив на себе роль тихой мышки. Возьму и промолчу.

Клянусь, у Гуляева не получится вывести меня на эмоции.

Глава 11

Конечно, я не собиралась подставлять свою задницу. Поэтому, садясь в свою же машину, за рулем которой был Гуляев, всем видом давала понять, что его шуточки или подколы будут отправлены в режим полного игнора. Даже если он мне на голову ведро воды выльет, я оботрусь и, натянув улыбку на лицо, посмотрю на папочку. Мне, честно, надоело отхватывать словесной порки из-за этого гада.

Вообще, я планировала поехать в ресторан с родителями. Но они решили, что с Евсеем нам нужно прийти к общему знаменателю перед тем, как встретимся с прокурором. Биться над уравнением при посторонних людях нам было строго запрещено.

– Обратно пойдешь пешком. Машину я заберу. – Смотрю на парня и на то, как комфортно его задница чувствует себя на моем сиденье. Упс, забыла, что сегодня день без каких-либо наездов. – Как дела? Не скажу, что мне интересно, поэтому можешь не отвечать.

Да черт возьми. Кто-нибудь, залейте мне рот монтажной пеной.

Евсей тяжко вздыхает, пальцами лохмача волосы.

– Я постарел на двадцать минут, пока ждал тебя. Еще дольше собираться не могла?

– Двадцатиминутная старость тебе к лицу, Гуляев. Жаль только, что ума за это время не набрался. Ты на часы? Мы опаздываем вообще-то. Сам будешь перед родителями объясняться.

Ну, София, ну, умница. Ты делаешь все с точностью до наоборот. Не останавливайся, и в конечном счете вы убьете друг друга, и не придется тащиться на ужин, на который идти угрозами заставили.

– Без проблем. Отец обрадуется, когда узнает, что мы опоздали только потому, что я не мог определиться, в каком платье поехать. Ты ведь из-за куска тряпки заставила меня в Ромео под твоими окнами поиграть? Проявила бы человечность и скинула б с балкона цианистый калий, который ты вместо сахара в чай добавляешь. Никольская, по-твоему, я похож на того, кто ждать умеет?

– Ты похож на человека, который боится встречаться с прокурором. Какие угрозы? Машину отберут, квартиру?

– В смысле?

– Чем тебе угрожали, тугодум, чтобы ты не опозорил еще раз фамилию?

– Квартирой в жопе мира и жизнью на стипендию.

– Ты не получаешь стипендию.

– Зато у меня есть карта матери. – Он достает из нагрудного кармана пластик и гордо размахивает им возле моего носа. – Хоть кто-то о Евсеюшке заботится и не хочет, чтобы он в бомжа превратился.

– Тебе дали карту? – возмущаюсь, ведь у меня её сегодня отобрали, пообещав после ужина вернуть.

– Если хорошенько попросишь, то раз в месяц я буду покупать тебе хлеб с маслом, – ржет ирод и прячет свое сокровище, будто я его сейчас с рукой оторву.

Ну, и то хлеб. Хоть я и рассчитывала на то, что все пройдет на ура, особой надежды на это не питала. Чуйка. Она меня никогда еще не подводила.

– Мы скандал закатим, да? – спрашиваю у парня, откидывая голову на сиденье.

– Само собой, – кивает он. – Ты, как обычно, не сдержишься и захочешь моего внимания. Два слова, и в ход пойдут вилки. Чур, нападение на прокурора я на себя брать не буду. Я слишком красивый, чтобы с зеками в одной камере сидеть.