– Идиот.

Оу, да она меня взглядом кастрировала.

– Идиот с планом. Это разные вещи, Никольская. У тебя его вообще нет.

– Есть. Я поеду к Ромке. Ключи гони.

Так-с, чего я хочу?

Перекинуть её через колено и отшлепать так, чтобы мозг прочистился.

Промыть рот с мылом.

И еще раз отшлепать, но уже медленно, растягивая удовольствие.

– Пылью надышалась, что ли? – Я пропищал? Да ладно, позорище. Мужики не пищат.

– Тогда отвези меня в гостиницу.

Зеленый свет? Можно ехать? Черт, да это для моих ушей то же самое, что и «Гуляев, раздень меня, я на все согласна». Пантера ловит мой взгляд и, бурча что-то типа «озабоченный идиот», выходит из комнаты, слава богу, не виляя задницей. Но я-то все равно как озабоченный пялюсь на шикарный вид. Хоть что-то хорошее есть этой долбаной помойке.

Никольская не возвращается ко мне ни через десять минут, ни через двадцать. Не скажу, что я особо волновался, но не хотелось бы, чтобы её паук сожрал, а потом и на меня переключился. А от этой квартиры можно ожидать чего угодно. Один только раритетный телевизор-коробка чего стоит. Если он на ногу упадет, то все, без пятки останешься. А люстра, которая на соплях детских держится. Батя, наверно, старался, выискивая в городе такую халупу.

Решив, что Пантеру нужно спасать, я все-таки встал с дивана, и тут же в руке зазвонил телефон.

Вспомнишь батю, вот и он.

– Приве-е-ет, родитель, – я даже оживился, изображая в голосе тупое веселье.
– Ты по делу иль просто перед сном поболтать?

– Ты занят?
– после секундного молчания удивляется он.

– Вообще-то у меня тут новоселье. Чего хотел? А то меня так-то ждут.

Угу, диван скрипучий да пол грязнучий.

– Евсей, ты дебил? Я тебя туда отправил, чтобы ты и там яйца свои развлекал? Соня с тобой?

– На балконе её закрыл, чтобы веселье мне не портила.

– Евсей! – Я оглох.
– Слушай, чем быстрее вы наладите общение между собой, тем быстрее все вернется на свои места. Ты это понимаешь, бестолковый?

Хм.

Значит, вон в чем дело?

Не в сыне прокурора, не в поездке в обезьянник, а в нашей с Никольской «любви» друг к другу. Так с этого и надо было начинать. Я ж её это… быстро залюблю, до потери сознания и пульса.

– Тогда, наверно, стоит выпустить её. Да?

– Немедленно. И завтра в девять мы ждем вас в клубе, – уже ехидно добавляет он.
– Поздравляю, сынок. Ты выходишь на работу.

Никольская появляется в комнате сразу, как только я кидаю телефон на диван.

– Дядь Саша звонил?

– Угу, – киваю и подхожу к своим сумкам.
– Пантера, я, кажется, понял, как вытащить нас из этой дыры. Я гений, а теперь врежь мне.

Глава 13

– Гуляев, стоять.

Врастаю в землю, парня за рукав куртки хватая.

– Забыла чайник выключить? Молодчина, Никольская. Чем быстрее наша люксовая будка сгорит, тем быстрее съедем. Дай пять…

Евсей выставляет вверх ладонь и ржет, как дятел Вуди. Миллион раз ему уже говорила, чтобы серьезность себе из интернета скачал, а он, походу, вирус оттуда хапнул, раз еще идиотливее стал. Если такое, конечно, возможно.

– В этой будке моя одежда осталась. Если с ней что-то случится, я тебя на органы по дешевке распродам, чтобы компенсировать утраченное. Понял? Это тебе на случай, если вздумаешь со спичками играться. И я сейчас о другом. Если дядь Саша будет в клубе, значит, и мой отец присоединится. Мне стоит за свой мозг волноваться, который папа может чайной ложкой перемешать за разбитые тачки?

– Да не парься ты. Все знают, что, садясь за руль, телка превращается в бабу-дуру. Кроме тебя, конечно.

– Думаешь, если комплимент отвесил, то я тебе кровать уступлю? Не дождешься. Будешь спать на древнем диване с пружинами и привидением над головой.

– Какой комплимент еще? Ты это брось. Я просто хотел сказать, что из всех баб-дур ты самая дурная, – парирует он и снова разворачивается. – Комплимент ей… Пф-ф-ф. В мире только два человека комплименты заслуживают: Меган Фокс, потому что это Меган Фокс, и я. Никаких там Никольских в этом знаменитом списке нет и никогда не будет.

– От нарциссизма бывает изжога.

Ну, и где ответочка про зависть и зазнайство? Я жду, но Евсей молчит, что-то набирая в телефоне.

– Что, Гуляев, коровья ферма загибается без своего фермера? – догоняю его, обгоняю и уже через плечо бросаю: – Неужели телки не могут без внимания?

– Да какие телки? Я ж себе пантеру в качестве домашнего зверька завел. Все силы на дрессировку уходят. Надо еще ж от бешенства её привить. Эх, не хомячок, о котором я всегда мечтал. Но тоже неплохо.