София вздохнула.

— Ладно, Дерик. Что сделано, то сделано. Идите.

Когда принц вышел, королева обратилась к супругу:

— Что будем делать, Ники? Ведь если посылать официальное приглашение лорду Эрлингу, придётся пригласить и князя. А вдруг, он согласиться?

— Моя дорогая Софи, — дружелюбно, но легкомысленно отозвался монарх, — неужели ты думаешь, что если вампирам приспичит убрать твоего сына, для них будет иметь значение, прислала ты им приглашение или нет?

— Нашего сына, — с нажимом произнесла королева. — Если…

— Да-да, — всё так же легкомысленно отозвался король, ни разу не деливший радостей любви с женой, — я помню. Если всё откроется, между моим младшим братцем и троном буду стоять только я и до старости не доживу. У меня ведь даже нет лишнего внука, которым можно откупиться от клана вампиров, как поступил когда-то отец… Но ты же утверждала, душечка, что обо всём позаботилась? И… не знаю, как тебе, а мне вот действительно интересно, что же выросло из сына моего покойного брата. Можешь считать это родственной сентиментальностью.

Королева скрипнула зубами. Наградила же судьба мужем-идиотом! Всю жизнь всё одна, всё сама… спасибо хоть на первых порах свёкр подсказывал, в курс дел вводил, с соседями знакомил… да и не только с соседями. София вспомнила точёный профиль белокурого князя-вампира и содрогнулась от пережитого ещё совсем юной девушкой страха. Нет, ничего особенного князь Эйзенхиэль ей тогда не говорил: учтиво поклонился и небрежно скользнул по лицу взглядом рубиновых глаз. Улыбнулся, не размыкая губ, так что будущая королева так и не увидела его белоснежных клыков. Но этот взгляд запомнила на всю жизнь. А теперь… говорят, его сын ещё страшней. Женщина тяжело вздохнула. И с магами план провалился… кто ж знал, что эта троллиха такой строптивой окажется? Чем ей сид не понравился? Красавец же мужчина, сама бы его… Королева ещё раз вздохнула. На этот раз мечтательно.

***

Северин бережно перебирал груду книг, только что доставленную красноглазым курьером из замка Элизобарра, когда вошла Мелисента.

— О, уже привезли, — сказала она. — Быстро.

— Ты рассказала Владу? — спросил Эрлинг, испытывавший смешанные чувства по этому поводу.

— Он глава клана, — мягко ответила жена, — и должен быть осведомлён о происходящем. К тому же… без его ведома я бы не стала брать ничего из папиной библиотеки. А тебе это может пригодиться.

Северин коротко кивнул и погладил кожаный переплёт одной из книг. То, что Мелисента сама связалась с братом после недавнего инцидента, стало для него довольно неприятным сюрпризом. С другой стороны лорд-вампир испытывал облегчение от того, что терзаться вопросом, обязан ли он доложить о своём контакте с троллями главе клана, или всё-таки это его личное дело, больше не придётся. И разговаривать с Владом — тоже.

На самом деле курьер привёз не только книги, но и личные записи князя Эйзенхиэля, которые действительно оказались для Северина неоценимым подспорьем. Он хорошо был знаком с логикой и образом мыслей своего учителя, так что без труда разобрался в заметках, которые тот делал для себя.

И всё же молодому магу потребовалось несколько дней, прежде чем он смог осуществить задуманное. Этим вечером, встречая супруга, леди Эрлинг отметила его горящие гордостью глаза и восхищённо воскликнула:

— Ты её расколдовал!

— Да, — просто ответил Северин и без тени смущения обнял жену, повисшую у него на шее: награда была заслуженная.

— Ну и как она? — нетерпеливо спросила Мелисента, полностью игнорируя тот факт, что маг, вероятно, устал и голоден: был уже поздний вечер, а к троллям он отправился ещё с утра. Но Северину и самому не терпелось поделиться… благо, теперь ему было с кем.

— Ты знаешь, там такая запутанная история оказалась, — сообщил он, опускаясь в кресло.

— О, я не сомневаюсь, — отозвалась девушка, присаживаясь на поручень. — Рассказывай. Только подробно и по порядку.

Северин рассказал. Часть ему поведала рыдающая на груди у отца Стэла, часть счастливый старшОй. Не вся информация была стопроцентно достоверной, но кусочки мозаики сами складывались в стройную картину.

Смысл сводился к следующему: младший брат короля, а вернее, его семейство, осведомлённое о нетрадиционной ориентации монарха, раздобыло косвенные улики в пользу того, что наследник престола, а также его сёстры, не являются детьми короля, а представляют собой плоды супружеской измены. В таком случае после смерти Николаса престол мог унаследовать его брат и, соответственно, после него — его дети. Королева София узнала о заговоре, а потому в долгу не осталась. Супруга лорда Арсона, Гвеннифер, как раз на днях разрешилась от бремени младенцем мужского пола. Так вот к этому времени должен был быть готов принц-подменыш: злобный, как тролль, и способный принять вид оригинала, как сид. Рецепт известный, для осуществления которого потребовались троллиха благородных кровей, ярл сидов, которого не сразу хватятся, и клан сговорчивых чародеев.

Сида в его охотничьем лагере брали боевые маги. Всем кланом. Надо сказать, потери были значительны. Ярла пленили еле живым, потерявшим сознание от боли, причинённой железом, столь же непереносимым для волшебного народца, как серебро для вампиров. Прочие сиды, сражавшиеся не на жизнь, а на смерть, были решительно перебиты. Вынужденные зализывать раны боевые маги обратились к своим союзникам — пиромантам. Те обещали раздобыть троллиху. Один из адептов втайне ото всех обхаживал девушку, пока та, поверив в его романтические чувства, не согласилась бежать. Однако вместо рая в шалаше с любимым оказалась в башне замка с уже немного отлежавшимся сидом. Молодой ярл, как ни странно, проникся к троллихе искренней симпатией, несмотря на многовековое противостояние их народов. И сумел заручиться ответной симпатией в кратчайшие сроки. Так что вступать в плотскую связь с целью получения потомства оба пленника наотрез отказались, несмотря ни на угрозы, ни на обещание освобождения в случае успеха. Более того, хитроумный ярл разработал план побега для своей подруги по несчастью, сам же остался прикрывать её отступление. Стэла обещала немедленно связаться с королём сидов и поведать ему о судьбе злополучного подданного, однако объединёнными силами боевых магов её загнали в угол, а точнее сказать, на солнце, после чего девушка уже ничего, разумеется, не помнила.