— А ужин готов?

— Не беспокойтесь, миледи, — тут же ответила экономка. — Всё уже готово… А вам ужин отнесли в комнаты — так вождь приказал.

Стараясь не покраснеть, я молча кивнула — это был не первый раз, когда Лиам приказывал принести еду в спальню. За прошедшую неделю почти все наши вечера начинались именно так: в спальне МакГрегора, на шкуре горного медведя.

Поблагодарив экономку и пожелав ей спокойной ночи, я повернула в сторону крыла, где располагались комнаты Лиама… наши комнаты. И уже отдалившись на значительное расстояние, я вдруг решила поинтересоваться:

— Айлин, а каку вас в клане справляют свадьбы?

— Свадьбы? — не ожидавшая такого вопроса, экономка вдруг сильно смутилась — и даже пару раз нервно облизнула губы.

— Свадьбы, — повторила я свой вопрос, пристально глядя на пожилую женщину. — У вас ведь их справляют как — то?

— Да, конечно, — тут же закивала Айлин — как будто даже с облегчением. — Справляют… да всё как у всех.

— Как у нас, в империи? — уточнила я, прищурившись. Айлин тут же нервно хихикнула.

— Ну, какие- то отличия всё же имеются. Мы ведь не люди, миледи — мы оборотни.

И, не дожидаясь нового вопроса, она всплеснула руками.

— Ой, миледи, мне на кухню пора — проверить закуски к завтрашнему столу. Всё ли поварихи начали готовить — или забыли что…

Отпустив экономку, я повернулась назад — к лестнице. И несколько раз задумчиво ударила пальцами по изящным, но сделанным на века, перилам.

Высушив магией мои волосы, Лиам не спешил убирать руку с моих волос.

Наоборот, зарывшись в них лицом, он тяжело дышал — и кажется, тихо рычал при этом.

— Убью каждого, кто посмеет встать между нами, — прошептал он, с неохотой отрываясь от меня.

Мы оба только — только приняли ванную (я в наших комнатах, а где принимал ванну Лиам мне было неизвестно); я, как обычно после ванной была одета только в тонкую нижнюю рубашку и длинный пеньюар, на Лиаме же кроме брюк и темной распахнутой рубашки больше ничего не было.

Ужинали мы ‚как я, и предполагала, на шкуре горного медведя, возле разожженного камина.

Огонь весело трещал внутри каменной кладки; на огромном подносе возле нас стоял принесенный расторопными слугами ужин вместе с кувшином дорогого охлажденного вина. Правда, бокал для вина был только один: по какой — то неведомой мне причине, Лиам любил собственноручно поить меня из своего бокала.

Впрочем… не только поить. Это уже почти вошло у него в привычку — каждый наш ужин превращался в медленное и очень чувственное действо: держа меня в своих объятиях, Лиам делал всё так, что мне почти приходилось есть из его рук — ив ответ кормить его.

— Мымм, милая, — захватив губами мои пальцы, Лиам нежно подразнил их языком — и только после этого съел кусочек вяленого мяса. — Такая аппетитная… гм, оленина.

И такая многозначительная пауза.

— Надеюсь, гостям оленина тоже понравится, — стараясь не встречаться взглядом с черными, затягивающими в пучину чувственного разврата, глазами мужа, пробормотала я. — И надеюсь, что всё пройдет гладко.

Лиам рассмеялся.

— Уверен, всё пройдёт просто замечательно, — ответил он, целуя меня в беззащитное местечко между шеей и плечами. — Тебе не стоит так беспокоиться.

— Я ведь никогда раньше не присутствовала ни на чем подобном, — тяжело вздохнув, призналась я. — Вдруг, мы с Айлин что — нибудь забыли.

Меня мягко опустили на мех — так, что теперь я лежала на спине, а надо мной возвышался Лиам.

— Пожалуйста, Милена, никогда в себе не сомневайся, — ласково попросил Лиам. — К тому же, мы в горах не насколько щепетильны в отношении всяких правил — это больше ваши равнинные штучки.

Как — то неожиданно для себя я вдруг поняла, что мой пеньюар уже валяется где — то далеко, а я раскинулась перед Лиамом в одной лишь тонкой нижней рубашке.

— Кстати, забыл тебе сказать — после охоты, Мердэг отправиться жить в деревню.

Черные глаза внимательно смотрели прямо на меня.

— Дункан разорвал с ней отношения, так что теперь должна будет вернуться в дом своего отца.

— О нет, — воскликнула я, прижимая ладонь к губам. Глаза мужа внимательно и как-то жадно проследили за этим движением. — Мне так жаль…

— Напротив, за Мердэг стоит порадоваться, — возразил супруг — Она наконец — то поймёт, что никогда не сможет стать Дункану истинной избранницей. У Мердэг есть ещё шансы обрести настоящую семью — если только она впустит такую возможность в своё сердце.

Теперь становилось понятным, отчего Мердэг так ядовито мне отвечала… Что я, мол, ничтожество, что Лиам на мне и не женат вовсе. Найл, наверняка, это просто услышал — когда походил… Даже сочинять не пришлось.

Горячие мужские руки уже лезли под мою рубашку — обжигая меня чувствительными прикосновениями.