— А потом? — спросил Неко.

— Не знаю, — признался Дармик. Он не знал, как выйти со двора с живой Ремой.

— Как только Дармик убьет палача, его поймают или убьют, — Неко скрестил руки. — Спасти Рему можно, только создав полный хаос.

Дармик кивнул.

— Хорошая идея. Одек и Веша, вы пойдете по городу вместе. Когда я убью палача, устроите сцену.

Они согласились.

— Где мы встретимся потом? — спросила Веша.

— Я не жду, что выживут все. Если выживете, идите к гавани и прячьтесь. Я вас найду.

Веша кивнула. Одек взял ее за руку, и они пошли к башне.

— Савенек, ты с Элли, — Неко напрягся. — Вы должны забрать Рему и сбежать. Если сможете схватить ее, прячьтесь на пристани.

— Где? — спросила Элли.

— У воды, под досками. Там много темных мест.

— Хорошо, — ответила Элли, глядя на Неко. Он обнял ее.

— Береги себя, — прошептал он.

— Ты тоже.

Дармик отвел взгляд, дав им побыть одним. Савенек подошел к нему.

— Спасибо за помощь и советы, — сказал он. — Я постараюсь спасти ее или умру, пытаясь.

— И я, — они пожали руки. — Лучше идите. Вам нужно стоять у платформы.

Савенек кивнул и повернулся к Элли. Неко отпустил ее, она отошла, глядя на него.

— Я тебя люблю, — хрипло сказал Неко. Элли улыбнулась.

— Знаю. А я люблю тебя.

— Идем, — Савенек плотнее укутал лицо шарфом.

Элли тоже так сделала, и они ушли. Неко смотрел им вслед. Они завернули за угол, пропали из виду, и Неко спросил:

— Чего ты хочешь от меня?

— Не знаю, — признался Дармик. — Но у меня лишь один кинжал. Если я не справлюсь, надеюсь на тебя.

Неко кивнул.

— Обещаю.

— Прости, что прошу о таком.

— Ты не просишь, — сказал Неко. — Я не против. Мы в этом вместе.

Дармик лишился дара речи. Неко был ему как брат.

— Погоди, — сказал Неко. — Это не конец. Верь в нас, — он криво улыбнулся другу.

* * *

В Империоне Дармик видел несколько казней и избиений, и не только в военном лагере, но и в городе. Он знал, что военных там будет больше, чем обычных жителей, и возникал вопрос — как он убьет палача и выживет? Никак. Дармик знал, что шел на смерть. Но, если он спасет Рему, то умрет не зря.

Они были в квартале от башни казни. Его руки дрожали. Не время бояться. Ему нужна уверенная рука для убийства. Смерть будет благородной, спасение Ремы — благородное дело. Она принесет мир и процветание острову Гринвуд. В мире тьмы и зла Рема была ярким солнцем.

— Тут всегда такая активность? — спросил Неко.

Дармик огляделся, люди спешили по своим делам.

— Да, — ответил он. — Из-за большого порта город привлекает многих людей. А с армией тут тысячи.

Они прибыли к входу во двор. Люди уже заходили, и Дармик с Неко вошли с остальными, стараясь слиться. Солдаты подгоняли людей, пытались уместить как можно больше. Дармик и Неко оказались в центре двора.

Неко склонился.

— Бросить сможешь?

Дармик кивнул, места для метания кинжала хватало.

Он смотрел на платформу, где пленных наказывали или убивали. Слева был высокий столб с оковами наверху, палки стояли справа, а по центру был большой блок дерева с цепями по краям.

Неко сжал плечо Дармика. Они посмотрели друг на друга, Неко кивнул, выражая поддержку.

За платформой в здании была небольшая зона, где император сидел и смотрел на спектакль под ним.

Дармик посмотрел на башню, не зная, где была Рема.

Суета слева, у двери башни. Молодую женщину вывели и поставили у палок. Солдат сообщил, что ее наказывали, потому что один из ее детей плохо учился на солдата. Другую женщину приковали к столбу. Ее наказали за то, что она ходила по улице после комендантского часа.

Других пленников не вели.

— Где палач? — буркнул Дармик.

— Сегодня казни нет, — сказал мужчина рядом с Дармиком. — Вчера была. Девушка не отсюда.

Все поплыло перед глазами, Дармик упал на колени.

ДЕВЯТЬ

Рема

В дверь постучали.

— Пора, — крикнул кто-то с другой стороны.

Рема оттолкнулась от Натенека. Она плакала, пока не уснула на нем. Ее глаза опухли, голова была тяжелой. Она села и посмотрела на убийцу.

— Как вы терпите себя? — прошептала она.

Он встал, не ответив.

— Я отведу тебя туда, — Натенек протянул руку, чтобы помочь ей встать.

Рема встала на ноги сама.

— За что меня казнят? — она поправила тунику и пригладила волосы.