К бледным щекам Дарда прилила кровь, но и в этот раз он не возразил ни слова.

— Впусти добром, — сказал он. Кэри с удивлением видела, как злится некромант. Оказывается, не так уж он прост и не так уж слаб.

— Почему я должен пускать вас добром? Я уже ответил отказом некроманту вроде тебя — приходил один в Первый Светлый месяц! Но ваша ложа, видно, не знает ни такта, ни вежливости.

Из фургона высунулся Гисли.

— Можно я попробую? — спросил он, щуря желтоватые глаза на солнце. Выбрался, цепляясь за стенку фургона, и встал напротив Кормчего. — Приветствую вас, эн Моро. Не имею чести быть знакомым лично. Я Великий дознаватель, личный секретарь Вершин Эдвард Гисли. Видите ли, настала пора объединять усилия всех магов против потустороннего зла. У вас на кладбище всё ли в порядке?

Настала пора бледнеть Кормчему.

— Н-нет, — ответил он с запинкой. — Не всё.

И отступил на шаг к калитке.

— И вы понимаете, что дальше будет только хуже? Что мёртвые будут преследовать живых по пятам, и в конце концов победят, ведь им не надо пить и есть? Ну, кроме некоторых, особо шустрых.

Некроманты переглянулись и усмехнулись такому неграмотному ходу, но промолчали, а вот Кормчий как раз проглотил это.

— И… что вы хотите… а?

— Вы же понимаете, что перед вами люди, в чьих интересах это предотвратить? — ещё более вкрадчиво спросил Гисли.

И Кормчий приказал открыть ворота.

Но едва створки начали отворяться, как кто-то наверху подал знак — и ворота захлопнулись. Даже Кормчий, оставшийся стоять возле калитки снаружи, и тот удивился.

— В чём дело-то? — вскричали сразу несколько голосов.

Хелли Рэй и вовсе пришпорила лошадь — та гневно взвизгнула и стала на дыбы.

— Господин! Давай уже не по-доброму? — крикнула Хелли, выхватывая из кобуры пистолет.

— Стой, — сказал Дард. Он обернулся, но за лошадьми да фургоном много не углядишь. — Кто-то идёт.

Тоби протолкался в конец маленького каравана и присвистнул.

— Светлые! Ловцы! Ну и шустрые же!

Вендела тоже посмотрела назад. Спящий, до чего же радостно и легко стало на сердце при виде Дайлена и других ребят… Ещё и Лета со своим учеником пришли!

— Не стреляйте, эн Дард. Прикажите не стрелять! Это свои. И там, как я вижу, не только ловцы.

— Да? А кто же? — хмыкнула Хелли. Она не опустила пистолет и не сводила взгляда с чужаков.

— Маги ложи Страха, — ответила Вендела. — Вильермо Лета и Пат…

У неё вдруг заколотилось сердце при виде знакомых лиц. Девять человек. Все ли это, кто пришёл к ней на помощь, или кого-то вчера убили в схватке? Как будто вечность прошла с того момента, как они с Гисли рухнули с обрыва! А оказывается, только вчера вечером её увезли из тюрьмы, чтобы ловить на неё мятежников и Тёмных магов… Вендела сглотнула и посмотрела на Гисли.

— Эн Кормчий, — Эдвард усмехнулся, — это наши люди. Полагаю, вам в ближайшие дни придётся привыкнуть почаще открывать ворота.

Некроманты по одному входили в крепость Моро, ведя лошадей в поводу.

Ловцы настороженно следили за ними, но Вендела велела им отправляться следом за магами ложи Смерти.

У ворот остались лишь она, Дард и Гисли, сидящий в фургоне. И Вильермо…

Кэри с трудом сглотнула и посмотрела на него — ожидая то ли приветственных объятий, то ли каких-нибудь слов. Но к её разочарованию, генерал ложи Страха смотрел только на Эдварда.

***

Этот пассы руками делать не станет. К чему ему этакие фокусы? Гисли смерил противника взглядом. Увы, лишний раз убедился, что чары с его глаз окончательно спали. Видимо, навсегда. Да и само зрение стало уже не таким чётким.

А ведь помнится, мечтал он встретиться с Вильермо Летой, и не так уж давно мечтал! Встретиться и помериться силами. Особенно когда Вендела проговорилась, что он генерал своей ложи. Эдвард мало имел дело с магами ложи Страха и полагал её не столь уж опасной. Не то, что ложа Боли, не так ли?

Вильермо Лета стоял шагах в пяти от повозки. Стоял спокойно — не напрягая мышцы и не играя эмоциями напоказ. Потому и не мог сбить Гисли с толку. Панический ужас как главная эмоция ложи, семейная эмоция — страх падения с высоты, и личная ведущая эмоция, надо же, как на ладони — а Гисли гордился, что умеет различать такие вещи… Личная ведущая эмоция у Леты была — боязнь потерь. Пожалуй, если учесть, какие потери понёс Вильермо возле участка, эмоция весьма сильная. Тем больше он потеряет при разделении!

Лета слегка поклонился Гисли в ответ на его пристальный взгляд.

— Желаете что-то мне сказать? — очень любезно спросил Эдвард.

Лета даже не моргнул — ударил ментально без предупреждения, ударил по больному — по страху падения. Эдвард даже не думал, что это можно и так повернуть, но действительно боялся потерять и статус, и репутацию, и возможность перейти на более высокую ступень. Страх заставил скорчиться и отшатнуться, но всего лишь на мгновение. Слабо, слишком слабо, хотя и подло! Легко разделить, легко отразить. Гисли не стал ждать второго удара — отразил эмоцию, чтобы хоть полюбоваться, как сам маг справится с этим. Но второго удара и не последовало.