— Много чего, — пожал плечами некромант. — Только труп ничего не боится.

— Вы призывали к себе людей? Как вы думаете собирать армию? — поинтересовался Лета. — Через вашего генерала?

— У ложи Смерти уже давно нет генерала, — ответил Дард. — Вы не знали?

Тёмные некоторое время с вызовом смотрели друг на друга. Чуткая на эмоции Кэри даже не смогла понять — с чего бы это?

Но потом догадалась.

Тёмные маги презирают ложу Смерти. Трупари — вот кто они такие. Кто видел среди некромантов достойных людей? Аристократов, утончённых и чутких? Если такие и встречаются, то всё равно — они чужды другим ложам. Некроманты копаются в земле, возятся с трупами. Не носят красивой одежды и драгоценностей, даже редко ездят на лошадях. Некромант в лучшем случае работает в больничном морге, а в худшем — сторож на кладбище.

— Я не знала, — сказала Кэри. — А теперь, стало быть, вы главный, эн Дард?

Сарвен Дард вздрогнул и покачал головой. Он даже отступил от них на шаг, глядя тревожно и взволнованно.

— Нет! Мне нельзя.

— Но вы рассчитываете победить? — спросила Кэри.

— Да не особо, — ответил Дард. — Мне не хватает очень многого, но особенно остро не хватает двух вещей.

— Чего же? — заинтересовался Лета.

— Чаши из храма, — сказал Сарвен, чувствуя, что зря выкладывает последние козыри Светлой, с которой и знаком-то от силы два часа. Видимо, чужому человеку легче высказать всё, что на душе. — Кто-то украл её. И человека, который слепо доверял бы мне. Так слепо, что дал бы себя убить. Человека, которым я дорожил бы настолько, чтобы суметь тут же воскресить его.

— Что ж, — сказала Кэри, — я могу вам сказать, где раздобыть чашу, хотя и не понимаю, какой от неё прок. Её забрали мы — как улику с места преступления. Скорее всего, она у адъютанта моего спутника. Последний раз я видела чашу в суде. Но с доверием и с любовью, эн некромант, вам придётся обратиться к кому-то другому.

Дард недоверчиво уставился на неё. Кэри с вызовом выдержала его взгляд. Пусть помнит, что она не простила ему Сэнди.

— Ты не видела ли мою госпожу? — спросил он. — Светловолосую девушку с закрытыми глазами? Слышал, она сейчас является очень многим.

— Нет, не видела, — сказала Вендела удивлённо. — Но я знаю того, кто видел. Один из некромантов, ожидавших суда, говорил о ней.

— Многие некроманты видели её, и я подумал: а что, если не только они? Но я хотел сказать, эн Лета, что вы в чём-то правы. Я думаю собрать если не армию, то хотя бы небольшое войско, и, кажется, знаю, как. Пройдёмте в гостиную.

И Лета повиновался Дарду. Генерал ложи! Который отчаянно сопротивлялся ложе Смерти — вплоть до того, что пытался объединиться со Светлыми против неё. А сейчас просто кивнул и вошёл в гостевой дом следом за Сарвеном Дардом, словно признавая его власть.

А Кэри снова осталась одна. Озадаченная и ошеломлённая. Её сбивал с толку этот щуплый некромант. Не было в нём ни кровожадности, ни жестокости, ни даже какой-нибудь жёсткости. Он вёл себя… как обычный человек, даже не как маг! И смотрел как-то без ненависти и злобы, без страха и угодливости, без высокомерия и презрения — просто смотрел, на всех одинаково, как на равных. И ещё, как ей показалось, он ощущал вину за то, что ему пришлось убить Андерсона.

Тут Вендела до боли прикусила губу. «Пришлось убить!» Неужели она уже ищет оправдания для Дарда?

Кэри постояла, сложив руки на груди и глядя на солнце, чьи лучи мелькали среди туч. Вдохнула ещё несколько раз как следует свежего воздуха и тоже вернулась в большой зал.

И вовремя — как раз увидела, как двадцать пять магов, Светлых и Тёмных, вырисовывали в воздухе вензеля. Сверкающие серебром знаки плыли по воздуху, и, кажется, даже тихонько звенели.

Кэри негромко ахнула. Но справилась с собой и тоже начертила Знак Отражений, призывая — она знала это точно — Криззена и Эмили, брата и отца, Эрмоха и Ирмина, мать и Мармалена. Да! Она очень скучала по Лассе, добродушному и неуклюжему. Но он был такой «свой»! И лишь дорисовав десятый или одиннадцатый знак, Кэри вспомнила, что Лассе теперь считается преступником и отправлен в далёкую ссылку. И, может быть, сейчас не чувствует вовсе ничего. А родители? Вдруг они до сих пор под стражей — ведь Гисли говорил, что их арестовали! Как она могла вообще забыть о них и не вспоминать столько времени?

Горький комок подкатил к её горлу.

В этот момент она поймала взгляд Гисли — тот смотрел пристально и жадно. Словно подкарауливал её, как хищник жертву. Его руки спокойно лежали на коленях — целая левая и перевязанная правая.

— Что? — одними губами, хмурясь, спросила Вендела. Неприязнь к Гисли в ней росла по мере того, как он выздоравливал. Кто, как не он, разрушил её жизнь?! Разве не Гисли лишил её службы, почестей, звания офицера… и всего остального?

Эдвард в ответ на взгляд Кэри лишь пожал плечами, поднял левую руку и с трудом начертил в воздухе замысловатый знак, непохожий ни на один из когда-либо виденных ею. И усмехнулся уголком рта.

«Чего вы боитесь, эн Дард?» — спросила Вендела.

У Дарда было так много страхов — выбирай не хочу. Но сейчас его преследовал один особо сильный: увидеть Анстис. Увидеть её среди восставших мертвецов, среди упырей с кабаньими клыками, торчащими изо рта, или гложущей свою сгнившую плоть, или ищущей ответа на какой-то запавший в душу вопрос. Увидеть её труп и уничтожить его. Снова пережить смерть Швеи Моро.