Дайлен до утра не мог сомкнуть глаз. Все остальные вроде бы спали. Хотя насчёт Леты у Стини всё же имелись сомнения — очень уж спокойно и ровно тот дышал, сидя спиной к большому раскидистому дубу.

И едва рассвело, как открыл глаза и принялся будить остальных. Стини даже хотел одёрнуть Тёмного, но лишь хмуро покосился в его сторону. Так или иначе, а отряд следовало поднять и собрать в дорогу.

Из припасов у них ничего при себе не оказалось: не рассчитывали ни на погоню, ни на поиски. Спускаясь по обрывистой тропке, нашли родник, напились ледяной воды, чтобы унять голодное бурчание в животах, и принялись искать брода. Эх, вот стихийника бы сюда. Дайлен даже зажмурился, представляя, что мог бы сделать здесь стихийник: навести ледяной мост? Остановить бурную воду? Вытащить из воды камни, по которым можно перейти реку?

В конце концов, Пьер Арле указал на более узкую часть речки, где виднелись из воды редкие крупные валуны. Оскользаясь, падая, ушибаясь, хватая друг друга за руки, семеро Светлых и двое Тёмных магов кое-как переправились через Ирх. Солнце выглянуло из-за кромки леса, стало заметно теплее, но насквозь мокрому Дайлену, дважды ободравшему колени об острые камни, этого не хватило. Его так и трясло. Мысленно Стини постоянно возвращался к Кэри и Эдварду. Вот так, дрожа от холода и вздрагивая от боли в ушибах и ранах, они выкарабкались где-то поблизости на берег. Наверное, точно так же возмущённо крякали утки где-то неподалёку, в заводи. И так же тревожно пищали мелкие птички-камышники, высовывая длинные клювы из зарослей ивняка. Стини, стараясь не стучать зубами, огляделся кругом.

— Ищите шлейфы магии, — велел Дайлен. — Ловите знаки — вдруг кто-то из них даст о себе знать. Слушайте, смотрите в оба — если они живы, то оставят следы.

Через полтора часа, поднимаясь по течению реки вдоль густого ивняка, смешанного в некоторых местах с приземистым ельником, ловцы заметили на песке у самой воды несколько обезглавленных трупов. Несколько длинношеих тварей валялось на берегу у самой кромки воды. У некоторых шеи перебиты, некоторые без голов. У погасшего костерка поодаль маленький отряд нашёл ещё несколько мертвецов — изрешечённых пулями, иссечённых саблей или мечом, взрезанных ножом. В нескольких шагах нашли растоптанное костровище, обрывки полосатого шарфа Гисли, следы крови на камнях и земле.

— Здесь поработал некромант, — озирая место не столь давней драки, сказал Вильермо Лета. — Но я не вижу следов Кэри.

Он склонился над обрывком шарфа. Осторожно подцепил его двумя пальцами.

— Зато Гисли точно тут был, — добавил Дайлен.

— Везёт же Венделе на на душевные встречи с некромантами, — сказал рядовой Кейла, изучая место драки. — Трупы повсюду! Я насчитал одиннадцать штук!

— Тут пованивает, — высказался Пьер Арле. — Идёмте скорее. Тут нечего искать.

— Понятное дело, — согласился Кейла. — Думаю, какой-то маг Смерти напустил на Гисли и Венделу целую свору живых трупов и взял их в плен.

Но Стини Дайлен покачал головой.

— Ты же ловец! — упрекнул он Кейлу. — По следам и по шлейфу магии выходит, что мертвецы напали на них сами. А некромант дрался с мёртвыми. Может быть, защищая Кэри и Гисли.

— С чего ты это взял? — недоверчиво воскликнул Кейла, вороша остывший пепел костерка носком сапога. На несгоревших кончиках некоторых веток виднелась кровь. Но чья? Неизвестно.

— С того, что некромантской магией тут как раз и не пахнет, — принял сторону Стини Вильермо Лета. — Тут шлейф Светлой магии. Зато кто-то от души поработал мечом и отлично пострелял.

— Не так уж и от души, — ревниво буркнул Дайлен, у которого маг Страха прямо на ходу отбирал лавры сыщика. — Выстрелов пять-шесть. Но вообще, Тёмный прав. У эны Венделы и и у дознавателя не было при себе ни револьверов, ни мечей. Ножик — вполне возможно, ножик был, хотя кинжал Гисли остался на месте казни…

Он прошёл туда-сюда, наклоняясь до земли, вернулся к берегу, оглядел пятна крови и трупы. Поднял блестящую латунную пуговицу с крошечным знаком Ордена Отражений. Показал её на ладони Вильермо Лете и остальным. У костра, в золе, нашёл отпечаток узкой ступни в сапожке с небольшим скошенным каблуком. Ещё раз рассмотрел следы ног, ведущие в лес.

— Двое тащили третьего вон туда. Судя по всему, третьим был именно эн дознаватель, — сказал, наконец, Дайлен, вытирая руки о штаны. — Потому что это вот — женские следы, а эти — мужские, но ступня у него поменьше, чем у эна Гисли.

— Что подтверждает нашу версию о том, что некромант бился с ними бок о бок, — заметил Вильермо. — Всё происходило по взаимному согласию.

— Может, по согласию, но по вынужденному, — возразил Кейла. — Они могли сдаться в плен, потому что были ранены.

Дальше дело пошло проще: двое, изрядно нагруженные тяжёлым Гисли (живым или мёртвым, неизвестно), потащили тело через лес. Ловцы и двое Тёмных магов вышли по их следам к месту, где кто-то стоял лагерем.

— Они ушли недавно! — воскликнул Лета, глядя на ещё вьющийся слабый дымок над углями. Затем с тихим вздохом подобрал какую-то тряпку.

Дайлен глянул — женский мундир ловца. Узкий, приталенный, со споротыми нашивками. Разумеется — Венделе не положено больше никаких знаков отличия. Мундир оказался пропорот и окровавлен. Ранена, ослаблена, в плену у некромантов… да ещё в паре с Гисли!