– Ага. И тебе не хворать.

– Скажите, а Скорый с вами?

– Да... Вон он, за пулемётом...

Женщина обогнула прицеп, подошла к самой корме, посмотрела на Пашку и спросила.

– Это точно - он?

Бабка рассердилась.

– Подруга, ты говори толком, чего тебе надо.

Та, не обращая внимания на Бабкины слова, подошла вплотную.

– Ты точно - Скорый.

– Мадам, - галантно окрысился Пашка, - вы что - из прокуратуры?

Девушка наклонилась, подняла с асфальта камешек гравия. Показала Дугину.

– Попадёшь?

И с силой подбросила его.

Пашка, достал пистолет и, глянув мельком, пальнул вверх. На результат даже не посмотрел.

Девчонка взвизгнула. Обернулась к мужикам.

– Это он!!! Жила, быстро сюда! Снимай! Быстро!!

Она взлетела через борт к Пашке, прижалась к нему боком, грудью, щекой, повернула лицо к Жиле.

– Давай!

Жила вытащил из-за пазухи цифровой фотоаппарат и занажимал на кнопку. Пашка возмутился.

– Э! Э! Ты чего?

Она его не слушала. Вытащила из нагрудного кармана записную книжечку и авторучку.

– Скорый, подпиши вот тут. Пожалуйста.

Офигевший Пашка поставил автограф. Девчонка чмокнула его в подбородок.

– Меня Феей зовут.

Взвизгнула.

– Хи!! Девки офигеют!! Жила, давай ещё пару снимков!

Снова прижалась.

Пашка спросил.

– Фея... А чего у тебя зуба-то нет? Это же Улей...

Та беззаботно отмахнулась.

– Ай, мне его только вчера выбили... Я с Жилой подралась... Ладно, простите за задержку. Всё...Всё... Ухожу.

Ещё раз чмокнула в лицо Скорого и выскочила из пепелаца. Вся четвёрка подалась к своим пикапам. Расселись и развернувшись покатились по улице. Фея высунувшись из окна помахала рукой. Пашка тоже вежливо помахал в ответ.

Бабка вдруг что-то вспомнила.

– Короткий, посигналь им.

Багги взревела клаксоном.

– Догони.

Короткий развернулся и помчался к бригаде рейдеров.

Бабка выскочила на асфальт.

– Кто у вас старший?

Из-за водителя высунулся усатый мужик.

– Ну, я.

– Ты к Цезарю вхож?

– Ну, так я же - начальник рейдерской бригады.

Бабка оглянулась и со значением посмотрела на Мазур. Та кивнула - не врёт. Тогда шеф вытащила из планшета свёрнутый экземпляр копии карты.

– Вот это, ему передай. Я задолжала.

И бегом вернулась в пепелац.

– Теперь, поехали.

Короткий надавил на газ.

Бабка спросила в микрофон.

– Это, вообще, что за хрень была?

Танечка мрачно пояснила.

– Это Пашкина поклонница... Он у нас теперь - звезда...

– Тань, ты чего обижаешься? Я-то тут причём?
– Возмутился Скорый.

Бабка успокоила.

– Не ссы, Танюха, никуда он от тебя не денется. Я его хорошо знаю.

Бригада деликатно похихикала.

Короткий, совсем уж неспешно направился по четырёхполоске на юг.

Дорожное счастье кончилось, и они километров десять ползли без дорог, по лугам и заброшенным полям. В Комаровку не стали заезжать. Объехали. Перелезли через шоссе и через железнодорожное полотно.

Новоиспечённая Габри спросила.

– А вот там, что? Крепости, что ли?

– Да, Надюша. Крепости. Вот эта называется Комаровка.

– У меня такое ощущение, будто я в сказку попала.

Вот тут Пашка со всей остротой понял, что эта, уже сформировавшаяся женщина, в сущности - совершенный ребёнок. Почему-то стало горько на душе.

Бабка подтвердила.

– Да, Надечка, ты попала в сказку. В очень плохую, в очень страшную сказку.

* * *

Когда Комаровка осталась далеко за кормой, Бабка предупредила.

– Бригада, внимание. Сейчас въезжаем в кластер сто тридцать один. Он перегрузился недавно. В нём уже должны быть крупные жруны. Скорый, посмотри на карте, как лучше проскочить. И, кстати, оставь её у себя.

Пашка развернул лист. Посмотрел. Да, собственно нечего было смотреть. Напрямую, через Ащикел, ехать опасно. Смертельно опасно. Но есть хороший тракт мимо Хрящёвки. Значит на мост лезть не надо. Принять влево и за селом Райгородок выходить на асфальт, который тянется аж через два кластера.