Кваз согласился.

– Да... В принципе - время терпит.

– Ладно, тогда сегодня ночью нас поведёт Ванесса.

Кваз повернул балду в сторону Бабки.

– Какая Ванесса? Это та самая Ванесса?

– Да. "Та самая". И не вздумай мне про неё хоть слово плохое сказать. Понял?

Бекас дёрнул плечом.

– Да мне, собственно, всё равно.

– Ну вот. А теперь спать. Отсыпаться. Насыпаться впрок. Уже две ночи мотаемся как придурки по Улью.

Бабка внимательно посмотрела на Деда.

– А ты будешь нас охранять. Никого не впускай. Нам будут нужны свежие головы. Автомат тебе дать?

– А винтовка есть?

– Нет. Винтовки нет. Но есть один карабин Симонова. Знаком?

– Поди, разберусь. Я же деточки не какой-то пупырь валуевый. Я же воевал.

Все разошлись по каютам. Пашка вручил Деду СКС. Прошёлся досмотром по помещениям и последовательно усыпил всех. Потом и себя приголубил.

* * *

Проснулся от того, что за дверью разговаривали.

Пашка прислушался.

Дед кому-то объяснял.

– Спят все. Будить не велено.

Другой, это был явно Фукс, объяснял.

– Дед, ты просто не понимаешь - кто перед тобой. Это начальник всего города.

Дед спокойно стоял на своём.

– Ничего не знаю. У меня один начальник - Сергейчук Мила Львовна. Других мне не надоть.

Пашка чмокнул проснувшуюся Танечку.

– Лежи золотце.

В армейском темпе напялил штаны, ботинки, пристегнул кобуры, накинул куртку, вышел в коридор. Из-за своей двери выглянула Бабка.

– Скорый, кто там?

– Вроде Фукс.

Мила исчезла на пару секунд и вышла в накинутом халатике. Скомандовала Пашке.

– Зайди в комнату, но стой у двери. Подглядывай и подслушивай.

У двери общаги, перед суровым Дедом стояли Фукс и Алмаз. За их спинами кучковалась группа личной гвардии Алмаза.

Бабка сказала.

– Пропусти, Дед. Это городская власть.

Дед сделал шаг в сторону от двери освобождая проход.

Бабка шёпотом похвалила.

– Молодец Севостьяныч. Спасибо за службу.

Тот вытянулся, молодецки рявкнул.

– Рад стараться!
– И сам же посмеялся.

Бабка указала на табуретки.

– Присаживайтесь. Уж извините, угощать нечем. Холодильник накрылся.

– Я по делу, - успокоил Алмаз.

– Если насчёт Векселя, то извини. Я отчитываться не собираюсь.

– Да, насрать на того Векселя. Туда ему и дорога. Я... Ну во первых я пришёл сказать спасибо. Твоя бригада, можно сказать, спасла город. И особенно меня.

Алмаз встал, шагнул к Бабке и галантно поцеловал её руку.

– Второе. Твой долг считай уплачен. Ты мне ничего не должна. Не мотайся в поле, не рви жилы, работай спокойно.

Бабка подняла брови, покивала.

– Это да! Это подарок! За это, Алмаз, благодарю.

– Третье... Я по быстрому, я же понимаю, что вы ночь на ногах... Третье. Дай мне твоего ментата.
– Он выставил ладони, - не на совсем, не на совсем. На время. Мы решили весь чиновничий корпус и все силовые структуры проверить на лояльность.

– У тебя же Зиночка.

– Бабка, она же на внешников работает...

Бабка нахмурилась.

– А... Как же... Нихрена!

– Она фиктивно на них работает. На самом деле она наша. Мы через неё им кое-какую незначительную информацию сливаем. И дезу... Но всё равно, какой-то червячок гложет...

– Алмаз, как я могу тебе человека "дать". Это с самим ментатом надо говорить.

Бабка пошла, приоткрыла дверь в комнату молодых.

– О! Они уже оделись. Беда выйди, поговорить надо.

Вышла Маша.

– Тут городская власть просит тебя им помочь. Что скажешь?

– Надолго?

– Нет, - вступил Алмаз, - дня на три.

– Ну, хорошо. Когда начнём?

Бабка влезла в разговор.

– Погоди соглашаться. Алмаз, сколько ты ей будешь платить?

– Девушка, простите не знаю вашего имени...

– Мария Максимовна, - представилась Беда.

– Мария Максимовна, сколько вы хотите?

Та пожала плечиками.

– Не знаю.