За воротами Полиса их ждали. Демонстративно.

Вдоль дороги, съехав на обочину, стояли около десятка самодельных броневиков с включенными двигателями. Вояки сидели в машинах. Некоторые стояли рядом и курили.

Короткий остановился. Скорый поинтересовался.

– Они что - прямо тут нас убивать начнут?

– Нет. Они такого делать не станут.

– А почему?
– Напомнил, - Сто метровая зона...

– Напасть без видимой причины на кого-то... На виду у патруля на стенах, на виду у КПП... Это, Скорый, разбой. И участников нападения тут же запишут в "муры". Доступ в город им будет банально запрещён. А там, сам посмотри, всё гильдийцы... Они подождут, пока мы отъедем подальше. Но, вернее всего, они думают, что мы из города не высунемся. Это демонстрация силы.

– А мы тоже первыми не имеем права стрелять?

– Конечно - нет!

– А у них есть сенс, или ментат?

Бабка прищурилась.

– Нет. Нету.

– Тогда так. Короткий, ты выезжаешь на перекрёсток, снимаешь глушак и гонишь влево, в сторону Бизино.

– Так мы же в Отрадный хотели...

– Слушай дальше... Если это по нашу душу, то они рванут за нами. Инстинкт погони. Сразу за тем лесом, разворачиваешься и возвращаешься обратно. Они будут переть по дороге, а ты по полю их объедешь. Там же ровное место, мы же там пепелац обкатывали...

– Я понял Скорый. Так мы их спровоцируем на погоню. То есть они проявят себя... Ну, в общем, я понял.

– Хорошо. Значит - объезжаем их, вылетаем на дорогу и катим в Отрадный. А то знаете... Случись что, они потом будут говорить, что просто нам было по дороге, а мы на них напали.

Бабка покивала.

– Нормальный ход. Поехали. Но на всякий случай оскалились.

Бригада передёрнула затворы. Скорый опустил КПВ в боевое положение. Короткий спокойно, не спеша покатил к перекрёстку.

Пашка пошутил.

– Улыбаемся и машем. Улыбаемся и машем.

Бригада на полном серьёзе натянула на лица фальшивые улыбки и вяло помахала колонне. Личный состав устрашителей затушил окурки и уселся на свои места.

На перекрёстке пепелац взревел выхлопом и метнулся влево.

Колонна взвыла моторами и кинулась за беглецами. В суете первые два аппарата столкнулись и один из них заглох.

Бабка прокомментировала.

– Так... У них уже первые боевые потери. Ха-ха. Ну, Вексель. Ну, утырок...

За лесом, редким, чёрным и голым осинником, Короткий развернулся по-полицейски, и по лугу помчался навстречу преследователям. Вся бригада нацелилась на колонну. Так. На всякий случай.

Неуклюжие самоделки затормозили и начали юзгаться по дороге, разворачиваясь. Пока они выполняли этот тяжёлый для них маневр, луноход вылетел на шоссе и, выдавая под сотню, оторвался сразу на километр. Или даже больше.

Все заусмехались, а Шило заржал.

– Раскоряки, блин...

Когда за Сафоновым шоссейка кончилась и пошла укатанная грунтовка, Короткий немного сбросил скорость. Тоже усмехнулся.

– Вот тут они вообще по-черепашьи ползти будут.

А Шило спросил.

– А когда мы их стрелять-то начнём?

– А зачем?
– Успокоила Бабка, - пока не надо.

В бездорожных полях под Мариинском, Пашка попросил остановиться. Спросил Бабку.

– Погоня не угомонилась?

– Нет. По следу катят.

Он выскочил из пепелаца. Бабка возмутилась.

– Скорый! Мы темп теряем. Нахрена нам эта остановка.

– Подарочек оставлю.

Пашка вытащил из-под своего сиденья купленную втихаря у Гоги противотанковую мину. Не в магазине, а конкретно - у грузина, из его личной заначки.

Пробормотал.

– Пригодилась.

Установил детонатор, уложил в траву, расправил стебли руками, перевёл в боевое положение. Прыгнул на сиденье.

– Тронули.

Короткий спросил.

– Ты думаешь - сработает.

– Не знаю. Она магнитная, значит - должна.

– Ещё есть?

– Нет. Только одна была.

Когда уже проезжали Юнусово, сзади гулко рвануло.

– Напоролись, - констатировал Скорый.
– Теперь отстанут.

Короткий сбросил скорость и не спеша, в прогулочном темпе, покатил в Отрадный.

* * *

К полудню подъехали к окраине городка. Бабка прищурилась, прислушалась. Потом встала ногами на своё сиденье штурмана, оглядела панораму города из-под руки.