– Так. Ладно... Давай разбираться.

– Какие там разборки!...

Бабка ткнула ему пальцем почти в нос. Рыкнула.

– Заткнись. И слушай.

Ненависти во взгляде Векселя прибавилось.

– Если это твоя женщина, то я её спасла от насильников. Эти "твои работники", издевались над девочкой.

– Это не твоё дело.

– То есть, тебе нет дела до того, что твою жену насиловали, прижигали папиросой и резали ножом? Они, что - это делали по твоему приказу?

– Я не обязан перед тобой отчитываться. Вы силой удерживаете у себя мою жену.

Бабка посмотрела на Векселя со злым прищуром.

– Тогда - разговор окончен. Прощай.

– Бабка, постой... Никто над ней там не издевался. Ты же просто выдумываешь.

– У меня на руках протокол медицинского освидетельствования. Девочка в чудовищном состоянии. Это ты приказал с ней так поступить?... Отвечай, сука!

– Ты меня не сучь!
– Заерепенился Вексель. Но видимо вспомнив, чем закончился прошлый разговор, сбавил тон.

– Я не приказывал такого. Видишь, я говорю с тобой по-хорошему.

– Отлично. Вернёмся к началу. Твою жену насиловали и истязали. Так?

– Ладно. Пусть будет так.

– Я её спасла от извергов. Так? Значит ты мне должен.

Вексель прямо просиял.

– Ну, так бы сразу и сказала! Сколько ты хочешь?

– Во сколько ты оцениваешь любимую женщину?

Вексель поджал губы.

За воротами спросили.

– Вексель! У тебя всё нормально?

– Заткнитесь нахрен! Заботливые какие!
– Засипел на всю громкость гость.

И Бабке.

– Сорок споранов.

– Человека ты оцениваешь как один калаш?

Вексель хитро прищурился.

– Так выходит - ты её продаёшь?

– Нет, золотой мой, я требую компенсации усилий по её освобождению. У меня вон боец пострадал.
– Она кивнула на Скорого.

– Он?! Пострадал?! Да он здоровый как бык...

– У меня на руках освидетельствование медика-криминалиста. Скорый, после драки с насильниками был в тяжёлом состоянии.

– Значит, вот так... Значит, ты всё предусмотрела...

Бабка устало вздохнула.

– Сколько ты предлагаешь? Только не смеши меня суммами.

– Десять чёрных.

– Пятьдесят чёрных, - поправила Бабка.

Вексель пару секунд подумал.

– Пятнадцать чёрных.

– Шестьдесят чёрных.

– Тебе не кажется, что ты странно торгуешься?

– Нет. Не кажется.

– Ладно, хорошо. Шестьдесят. Я сейчас.

Бабка зашептала Ванессе.

– Игла, иди к Надюшке. Объясни ребёнку, как надо ломать комедию.

Мазур убежала в общагу.

Вексель снова протиснулся в ограду.

Игла уже подводила к воротам девочку. Та облачилась в Машкину камуфляжку и её же военные берцы, те, что ещё с Шагана.

– О! Беда, ты что её в своё одела?

– Ну, не голой же ей ходить.

– Вексель, за одежду тоже надо бы заплатить.

– Да ладно, - отмахнулось Беда, - пусть.

– Вот!
– Ткнул пальцем Вексель.
– Вот это - порядочная девушка! Держи.

Протянул Бабке мешочек. Та высыпала шарики на подставленную ладошку Шила. Пересчитала.

– Отлично. Забирай.

Вексель протянул руку к Надежде. Та удивлённо спросила у бригадных.

– Это кто?

– Ну... Этот человек утверждает, что он твой муж.

Тут Надежда прямо рассвирипела.

– Этот урод?! Да какой он мне муж?! Я его знать не знаю! И знать не хочу! Убери руки дурак! Щас как дам!

Надежда замахнулась кулачком на "мужа". Тот отскочил. Скомандовал.

– Охрана, ко мне. Забирайте её.

Надежда спряталась за спину Скорого и оттуда огрызалась.

– Только попробуйте! Я вам все зенки повыцарапаю!

Бабка скомандовала.

– Стоп. Я не поняла. Она что - с тобой незнакома?

– Да пошёл он!... Знакомиться с ним ещё!

– Вексель стой. Тут что-то не то. Я не могу отдавать тебе человека против его воли.

Один боец охраны, со значком гильдии, попытался схватить девочку за руку, но та укрываясь за Скорым, выворачивалась и лупила по лапе бойца свободной рукой.