Ванесса оторопела.

– В какую темноту? В пятно черноты, что ли?... Господи! А зачем?!

– А это ты у него, обалдуя, спроси.

Ванесса с разинутым ртом повернулась к Павлу. Он поспешил успокоить.

– Ван... Зоя, я уже в порядке. Честно. Давайте попробуем... Ну, раз женщины пришли, некрасиво всё отменять. Давайте начнём.

Он отстегнул фляжку с пояса, хлебнул, крякнул, поморщился.

– Ну, что? Поехали? Расслабитесь, дамы, сядьте свободно, откиньтесь на спинки.

Скорый уже знал, что искать и где. Шестеро действительно были беременны. А одна непонятно зачем пришла.

Он у неё поинтересовался о цели прихода. Она засмущалась.

– Да я вот с Маринкой пришла. Так... За компанию.

– Ага. Понятно.

Он прикрыл глаза и, своим Даром, начал приглядываться к эмбрионам. Только один светился розовым светом. Остальные пять были неимунными.

Печально... Пашка поморщился с досады.

– Что?
– Спросила Мазур.

– Только один иммунный. Вот у неё.

Девушка, горбоносенькая такая, с густой черной гривой волос, еврейка наверно, выпрямилась на стуле, распахнула глаза.

– У меня?

– Да, Валечка, - ответила Игла, - у тебя внутри девочка и иммунная.

"Валечка", прижала руки к груди, судорожно задышала, счастливо улыбаясь. На глаза навернулись слёзы. Она справилась с собой и начала торопливо благодарить. Но Ванесса отмахнулась.

– За что? Это всё - ты сама. Это всё - твой организм... Так, голубушка. Ты свободна. Посиди подожди остальных... Ну, что, Павел Дмитриевич. Давайте руку, будем пробовать.

И они, на пару, взялись оперировать без скальпеля и наркоза.

В конце-концов, после нескольких неудачных попыток отделения плаценты от базальной оболочки, Ванесса приказала Пашке вызывать мощное сокращение матки подопытной.

Та охнула, тяжело заотдувалась.

– Что, милая?
– Озаботилась Игла.
– Почувствовала боль?

– Давит...
– та положила ладонь на живот, - здесь.

Игла прищурилась, помолчала, уставившись на живот женщины и кивнула.

– Получилось. Давайте - всех так же.

За пять минут Дугин управился.

– Ну вот, - встала Ванесса, - готово. Остальное вопрос времени и регенерации. Через некоторое время плод отойдёт вместе с амниотической жидкостью. Поэтому носите не прокладки, а пакеты или памперсы. Если возникнут боли, дискомфорт, даже лёгкое недомогание - сразу обращайтесь ко мне... Поехали, дамы, я вас развезу по домам.

А у Пашки снова поплыла крыша и он начал терять сознание.

Очнулся у себя в каюте, на полу, на матрасе.

Сел, посмотрел на часы. Без двадцати семь. Встал, пошевелил плечами, покрутил головой. Пошёл в гостиную, поискать - что стрескать.

В кают-компании сидели все.

Ванесса Витольдовна что-то увлечённо рассказывала. Пашка встал за стулом Тьмы, вник в лекцию.

... Все шарики из спороносов, в сущности, мало чем отличаются. Но, как и всё в живых организмах, малые изменения в химическом составе означают кардинальные отличия в биологических качествах.

Вот, к примеру - спораны. Единственное отличие их от чёрного жемчуга, это наличие соединений цинка в небольших количествах. Они придают жемчужине палевый цвет и особые свойства. Для человеческого организма, это яд. Но такие соединения служат стимулятором, для гифов грибницы, усиливая многократно её воздействие на организм. С применением раствора споранов, вся система имунного начинает работать примерно в три раза интенсивней. Регенерация, подстёгивается мощными импульсами нервных сигналов.

Горох, это элементы нервной системы гриба. Что-то очень похожее на нервные ганглии в теле человека. Именно шарики гороха позволяют грибу перехватить управление мозгом у тварей. У имунных, видимо, мозг устроен несколько по-иному. Причём, я обратила внимание - иммунными, чаще всего становятся крепкие, тренированные люди, ведущие здоровый образ жизни.

Бабка удивилась.

– Это в банде Гвоздя, что ли, были люди со здоровым образом жизни?

Ванесса улыбнулась снисходительно и продолжила.

– На ферме тоже очень много опустившихся людей. Многие когда-то сидели на спеке. Вы знаете, среди них очень мало бывших вялых обывателей. Зато очень много боксёров и борцов, бегунов и прыгунов, штангистов и метателей. Понятно?... Вот.

– Янтарь, - коротко подсказала Беда.

– Янтарь, это бывшие органы размножения. В симбиозе с живым организмом, они выделяют специальные белковые соединения. Очень активные. По структуре и по поведению очень похожие на вирусы. Эти агенты каким-то образом меняют состав нуклеиновых кислот, которые очень органично вписываются в состав ДНК. Представляете?... Если взять и заменить искусственно один ген на чужеродный, то организм погибнет. В лаборатории, внедрение неконфликтующего гена, это огромный труд. Поиск чужеродного ДНК, способного к симбиозу, длится иногда годами. А тут практически половина спирали заменяется на совершенно немыслимые элементы, а организм продолжает жить и даже процветает. В янтаре очень много соединений натрия, которые для человека несвойственны и небезопасны. Но попав в организм иммунного, эти соединения поддерживают жизнестойкость организма на клеточном уровне, делая каждую клетку, практически, бессмертной. Что у нас там ещё?