– Ты не припоминаешь среди перечисленных жрецом имён кого-нибудь из его клана? Не мог он обмануть тебя, предположив, что твоё расстройство снизит твои шансы на слияние с Лесом или вообще заставит тебя отказаться от испытания? Я не говорил тебе, что ты производишь впечатление беззащитной и трусливой зайки?
– Я засмеялся, затем причмокнул губами, обгрызая ножку, и продолжил в небольшом упадке духа.
– И если он мог обмануть тебя, то вполне мог обмануть меня. В таком свете его выступление преобретает другие очертания. Глава Дэвиш сказал то, во что я хочу верить, ровно для затем, чтобы после его ухода я довершил начатое и ещё больше деморализовал тебя, цепляясь за правдивость его слов. Вполне в духе одного из лучших мастеров интриг города.

Кайлина, успевшая заесть мои размышления и свои нервы большими ломтями мяса, теперь вытирала заляпанные щёки и пыталась говорить с набитым ртом.

– Эта версия мне кажется более правдоподобной, но, как я читала в одном из трактатов, то, что мы не можем что-то вообразить, не значит, что это невозможно. Придём в лечебницу, где сейчас должен быть мой отец, и перескажем ситуацию ему. Он скажет, что делать.

Мы встали, докинули на стол ещё пару монет в качестве чаевых и из полутьмы угла таверны направились в сторону слепящего солнцем дверного проёма, уворачиваясь от начавшего танцевать и петь празднующего народа.