очередной ложью. Поэтому звать на помощь такого человека было бы крайне глупым, пусть

сердце и кричало, умоляло о новой встрече. Нет. Не стану. С меня хватит.

Подхожу к белому зданию и смотрю на него так, словно это последний шанс на

спасение. Возможно, так и есть. Мысли о сестре снова заполняют голову. Меня не покидает

чувство, что все совсем не так, как кажется. Особенно, со слов мамы. Я не верю ей до конца, но в то же время не могу перестать оправдывать ее. Это чувство внутри меня, глубоко.

Может, это связано с тем, что мы с мамой всегда были близки. Не так, как она и Реми.

22

6

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

Несмотря на всю данность происходящего, я все еще люблю ее. Выкинуть это чувство из

мозга и сердца невозможно. Любовь к матери - то единственное, что сохраняет баланс этого

сумасшедшего мира и является самым настоящим чувством из всех. Что бы ни случилось.

Но вера в сестру так же важна для меня. Я просто не могу не помочь ей. Это мой долг.

Уже ступаю на дорожку, ведущую к зданию, как вдруг кто-то резко хватает мою руку.

Оборачиваюсь и вижу мальчишку, ему лет 13 на вид. У него кучерявые каштановые волосы, карие глаза и пухлые губы. Он дышит так, словно только что бежал. Непонимающе смотрю

на него, мол, что тебе нужно, мальчик? Он выдыхает и тихо шепчет:

– Они тебя засекут.

– Прости?

Мальчик оглядывается по сторонам с тревогой в глазах, отводит меня за руку подальше

от белого здания. Теперь мы находимся под тенью массивного дерева у тротуара. Когда он

удостоверяется в том, что никого вокруг нет, его рот снова открывается:

– Ты не проникнешь в здание просто так, нужен пропуск, - говорит мальчик, и я

замечаю, как его нога слегка подергивается. Он сильно нервничает. – А у тебя его нет.

– Откуда ты знаешь?

– Просто знаю, ясно? – кидает он, отмахиваясь от меня, словно от назойливой мухи, -

Они ужесточили контроль. Если раньше туда могли войти все желающие, теперь же только

люди из правительства и ученые. У всех у них есть специальный допуск.

– А кто ты такой, позволь спросить? – возмущаюсь я поведением паренька. Он бормочет

без умолку.

– Дэвид Кайзенберг, - отвечает он так, словно это так очевидно, что я не могу не знать, -

Самый молодой гений в области технического обеспечения и роботехники. Я работаю здесь.

Удивленно вскидываю брови.

– Работаешь?

– Ну да. У меня есть пропуск, - улыбается он, - Я знаю, кто ты такая, и вполне очевидно, что ты хочешь проникнуть в место, доступ в которое тебе запрещен. А еще мне известно, что

ты вполне можешь повлиять на решения своей матери.

– О чем ты?

– Моя сестра объявлена «объектом». Как и мои родители, но, увы, их уже не спасти, они

убиты. Мне нужно обезопасить Монро. И ты можешь помочь мне. В обмен на это, я проведу

тебя в штаб. Согласна?

Не успеваю следить за ходом мыслей юного Дэвида. Он тараторит без остановки, а у

меня в голове лишь одна его фраза «я проведу тебя в штаб». Мне эта идея кажется безумной.

К тому же, как я смогу помочь с его сестрой? Ведь я не могу просто сказать матери

исключить ее из списка. Он будто считывает мои мысли, и говорит:

– Уведешь ее через западные границы, за тюрьмой пост не охраняется людьми. Там

только дроны. Я могу отключить их дистанционно.

22

7

Megan Watergrove 2015 INVICTUM

– Можешь? – поражаюсь я, тут же заинтересовываясь подобным предложением. Вот это

уже намного лучше. – Ты уверен?

Дэвид хмыкает, мол, о чем речь? Я киваю, облизывая сухие губы. По телу моментально

проходится волна электричества – эти слова пробуждают во мне надежду. Однако стоит ли

доверять совершенно незнакомому пареньку? Что у него на уме? Может, так мать пытается

проверить меня? Несколько минут стою, в раздумьях, не зная, какое именно решение

принять. Но чувство долга перед Реми побеждает. Я должна хотя бы попытаться.

Оглядываюсь по сторонам, будто тревога каким-то образом передалась мне от мальчика, а

затем решительно говорю:

– Хорошо. Я попробую сделать это. Где твоя сестра сейчас?

Мальчик свободно выдыхает, словно с души у него упал огромный груз. Его глаза