– Вот эти, - Сплетница указала на первую группу, укрывшуюся в подвале. Каменное здание обложили мешками с песком, чтобы его не затапливала вода из залива.
– Пол, возраст?

– Не могу ничего сказать о возрасте, двое ниже среднего роста, уже в плечах. Вероятно, молодые. Две женщины, один мужчина.

– Они заняты, взволнованы?

– Их раздражает, что вокруг летают и жужжат мухи и комары, но, похоже, они не догадываются, что это я.

– Просто пытаюсь нащупать информацию. Качество жилья здесь по сравнению с соседними районами просто убогое, но если судить по расположению и содержанию граффити... да, это они.

– Все или только некоторые?

– Все, кто здесь - члены Избранников.

– Ты уверена?

– Да, в противном случае никто не стал бы здесь болтаться. Картинка не складывается. Даже если я отброшу некоторые свидетельства, которые дают подсказку моей силе... да. Я уверена.

– Тогда прикройтесь, - предупредил нас Регент.

Я накрыла голову коротким плащом, чтобы защитить волосы. Чертёнок с той же целью намотала на голову шарф. Сплетница надела балаклаву из паучьего шелка - я сделала её на пробу для своих наёмников. Поверх она надела защитные очки.

– Давай, Рой, - сказала Сплетница.

Мы атаковали. Мой рой просочился во все помещения, где были люди. Насекомые мгновенно покрыли Избранников, кусали, жалили, царапали и забивались в дыхательные пути.

Как всегда, я удерживала пчёл и ос от впрыскивания яда. Укус был всё равно болезненным, но риск анафилактического шока оставался минимальным.

Люди стали выбегать наружу.

Я дала им секунду на передышку. Пара мгновений, чтобы они успели восстановить дыхание и вообразить, что им удалось сбежать.

– Твоя очередь, - сказала я Регенту.

Птица-Хрусталь напала, обрушив шквал стеклянных осколков. Осколков было немного, куда меньше, чем насекомых, но наши противники не могли от них укрыться. Комары ощущали запах крови. Осколки, тонкие, словно бумага, резали кожу, вонзались в щёки и в руки.

– Не задень жизненно важные органы, - сказала я.
– Или артерии. Постарайся ограничиться кожей.

– Ты такая привереда, - заметил Регент.

– Если ты убьёшь их, ситуация изменится. Избранники начнут вендетту и, чтобы отомстить, отодвинут все свои внутренние разборки на второй план.

– Я не говорил, что не буду осторожен, - вздохнул Регент.
– Я сказал, что ты привереда.

Кусок здания проплыл над улицей и рухнул между Птицей-Хрусталь и нашими целями. Их было около двадцати - и Руна среди них. Ну хорошо.

Птица-Хрусталь развела руки в стороны. Град из стеклянных осколков разделился на два потока, каждый из которых по дуге слева и справа обогнул внезапное препятствие. Осколки стали резать сильнее.

– Похоже, что мы играем с ними в поддавки, - сказал Регент.

– Просто избавляемся от рядовых солдат. Но если устраним кого-то с суперспособностями, тоже будет неплохо.

Я кивнула. Мы закончили со стеклянными осколками. Я снова пустила в ход насекомых.

Нет никакого смысла играть честно.

Один за другим Избранники падали на землю, от потери равновесия или от сильной боли. Как только они оказывались на земле, сворачивались в позу эмбриона или пытались накрыться одеждой, я прекращала нападать. Всех остальных насекомые атаковали всё злее и злее с каждой следующей секундой.

– Они скоро оправятся, - сообщила Сплетница.

Вокруг возникло и начало расползаться, поглощая насекомых, облако тумана. Значит, Туман тоже здесь. Если он тут, то и Ночь тоже. Ночь и Туман. Nacht und Nebel. Я заметила, как кто-то - возможно, она - бежит в сторону от людского скопления.

– Здесь Руна, Ночь и Туман, - сказала я.

– Это две разные группы. Руна, возможно, пытается присоединиться к Чистым, - заговорила Сплетница.
– Чистоты здесь нет, она бы о себе уже заявила. Ты не чувствуешь Крестоносца? Насекомые не должны проходить через его астральных клонов.

– Крестоносца нет.

Я ощутила человека, которому насекомые не могли навредить. Он бежал сквозь рой, сквозь стеклянный град, сквозь облако Тумана.