— Хотел задать тебе тот же вопрос. Зачем тебе голова? Ты всех нас выдашь!

— Там! Дым! Это Мира! — сбивчиво говорил Фьорд. Его взгляд метался между Оникой и Люфиром. — Оника, прошу тебя! Мне нужно на тот берег!

— Тебе придется объясниться, — предупредила девушка, поднимая в воздух водяной столб, верхушка которого превратилась в ледяную плиту. — Постарайтесь не свалиться.

Плот изо льда с плеском упал в воду, намочив одежду магов. Поднимая в воздух стаи обильных брызг, он стремительно направился поперек течения, задирая вверх бок, о который бились тяжелые волны.

Фьорд спрыгнул на берег еще до того, как ледяная плита уткнулась носом в окутавшую склон траву. Поскользнувшись на сырой земле, юноша ухватился рукой за ветку колючего куста и, взобравшись наверх, побежал через рощу, не разбирая дороги и не думая о боли в разодранной острыми шипами ладони. Остальным не оставалось ничего иного, как поспешить за ним.

Огненный маг оставил за спиной ореховую рощу и еще быстрее понесся по дороге, у которой когда-то давно его подобрали дети Миры. Фьорд не слышал окликающей его Мелиссы, не видел растелившееся в обе стороны убранное поле: весь мир сжался для него в знакомый дом, объятый голодным пламенем и силуэты людей, разбросанные перед ним.

Огонь торопливо поедал соломенную крышу, будто предчувствовал, что его трапезу в скором времени прервут. Старший сын Миры сидел на земле, опершись спиной о стену дома, и тлеющие соломинки, опадая с крыши, таяли на его одежде. Правый бок Шела был вспорот и густая кровь, просачиваясь сквозь зажимающие рану пальцы, пропитывала землю. Мальчик из последних сил старался сохранить сознание: размытыми фигурами перед его взглядом стояла Мира, которую, схватив за волосы, пытался оттащить в сторону от безжизненного тела Лута один из прихвостней Сорро. Младший брат Шела распластался на земле с неестественно согнутой шеей, и впавшая в слепое отчаяние женщина хваталась за тело сына, надеясь тем самым вернуть его к жизни. Второй головорез, прижав к земле извивающееся тельце Нури, с омерзительным гоготом пытался забраться под подол платья девочки.

Заприметив колодец, Оника призвала из его глубин клубы воды, орошая ними горящую крышу и сбивая огонь.

Мелисса вырвала пару камней, которыми был выложен колодец: первый снаряд перебил локоть одному из напавших, заставляя выпустить из хватки волосы Миры; второй врезался в грудь мужчины, круша ребра. Девочка не рассчитала силы удара, и запущенный в полет камень остановился, лишь застряв в сердечных мышцах. Мужчина повалился на землю, так и не успев понять, что произошло.

Фьорд фурией налетел на головореза, схватившего Нури, и отшвырнул того в сторону, отправляя вслед за ним сгусток пламени, поглотивший плечо негодяя. Превозмогая боль, мужчина поднялся на колени, здоровой рукой нащупывая оружие на поясе.

— Ублюдок! — заорал Фьорд, хватая своего противника. Накрывшая лицо мужчины ладонь огненного мага выпустила потоки пламени, прожигающие плоть. Крик боли захлебнулся в облаке жаркого огня и резком запахе жженых костей.

Фьорд выпустил из хватки превратившуюся в уголь голову насильника и обратил свой взгляд на последнего налетчика на дом Миры. Он узнал в нем главаря банды, из-за которого Фьорду пришлось покинуть ставшую для него родной обитель. Сорро первым из всех заметил приближающихся магов, и укрылся за хозяйственными постройками, в ожидании удобного момента для отступления. Его надежда скрыться была бессмысленна с самого начала, когда его противниками стала четверка магов, пусть бой и вел только Фьорд, — Мелиссу сковал ужас случайного убийства, и девочка только и могла, что наблюдать за происходящим.

Юноша сбил Сорро с ног, когда тот предпринял отчаянную попытку бегства. Главарь банды попытался подняться, и Фьорд обрушил на его ноги пламя, жадно накинувшееся на одежду и кожу.

— Помнишь меня? — маг развернул головореза к себе лицом, хватая за грудки. — Я же говорил, чтобы ты со своей шайкой держался подальше от этого дома.

Фьорд сжал ладонь, вытянув вперед указательный и средний палец, на кончиках которых родился прожигающий воздух пучок жесткого огня. Пространство вокруг наполнилось воплем Сорро, когда раскаленное лезвие вспороло его плечо, после взлетело вверх, обуглив щеку и не оставив и следа от уха.

— Ты сполна ощутишь боль! — не выпуская Сорро, Фьорд резанул огненным клинком по бедрам и, на мгновение умерив пыл пламени, направил его в глаза разбойника.

— Фьорд…, — Мелисса с нескрываемым ужасом смотрела на переменившегося друга, лицо которого раскраснелось от близкого жара. Девочка хотела приблизиться к магу, чтобы остановить жестокую расправу над Сорро, но Люфир преградил ей путь.

Лучник, не раз видевший, как огненные маги впадают в бешенство, и знавший, как опасны они бывают в подобные моменты, напряженно следил за Фьордом. Люфир выжидал, когда юноша выпустит злость, чтобы можно было вмешаться без риска для остальных.

Ослепленный ненавистью и отчаянием, Фьорд испещрял тело несопротивляющегося Сорро новыми ожогами, старательно следя за тем, чтобы не нанести смертельной раны и продлить мучения головореза.

Стрела вспорола воздух, пробив череп Сорро и прекратив его страдания. Фьорд выпустил рухнувшее мешком на землю тело, и с яростью одержимого посмотрел на Люфира. Глаза мага покраснели от лопнувших сосудов, а ноздри раздувались, заполняя легкие перегретым воздухом.

— Ты не имел права вмешиваться! — руки Фьорда объяло яркое пламя. Мелисса, стоявшая за спиной лучника, в страхе отступила при виде приближающегося мага, но Люфир не шелохнулся.