– Держись! Я близко!
– крикнул он, не зная, слышит ли его Ефим.

Разодрав руки в кровь, Кенджи перелез через прикрепленные к штагу части такелажа и оказался на площадке салинга. И, не думая о порезах, бросился вверх по узенькой металлической лесенке, ведущей на самый верх фок-мачты.

– Не могу больше!
– закричал Ефим, и онемевшие от давления пальцы соскользнули с реи.

Кенджи среагировал мгновенно. Он подался вперед и едва успел схватить Ефима за ворот. Держась одной рукой за рею и еле удерживаясь сам, Кенджи последними усилиями качнул падающего, чтобы тот смог зацепиться за стеньги. Убедившись, что все прошло успешно, и жизнь Ефима в относительной безопасности, он отпустил его. Понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя. Только сейчас ладони завыли от боли.

– Думаю, что теперь я должен тебе гораздо больше!
– крикнул снизу Ефим, - Спускаемся, пока оба не свалились.

Когда оба оказались на палубе, бригадир, красный от избытка эмоций, бросился на Ефима словно озверелый. Тот понимал свою вину и не пытался оправдываться.

Кенджи отошел в сторону. Снимая испачканные кровью перчатки, он морщился от ноющей боли.

– Ну и зачем ты мне здесь нужен теперь с порезанными руками?
– обратился к нему бригадир, когда разобрался с Ефимом.

Кенджи не мог ответить. Высота еще не могла выпустить его из своих владений.

– Я много повидал, но такого безумного вижу впервые. И такого отважного тоже. Если бы не ты, подумать страшно. До добра этот корабль не доведет.

– Что теперь?

– Домой. До тех пор, пока руки ни заживут, делать тебе здесь нечего.

– У нас нет больничных.

– Нет, поэтому ты будешь отдыхать, а твоя входная карта работать. Нельзя ни в коем случае, чтобы о сегодняшнем инциденте узнало начальство. Безработных слишком много. Никто не посмотрит на срок службы. Иди к медсестре, она сделает перевязку.

– Я понял, босс.

– Ты - герой, мой мальчик. Таких уже не найти, - произнес на прощанье бригадир, похвально похлопав Кенджи по плечу.

Рабочий день закончился, а народ все не расходился. Многие еще обсуждали произошедшее. Кенджи знал, что этим все не кончится, и мужики пойдут в бар после смены. Компании ему сейчас хотелось меньше всего. Он быстро умылся, переоделся и ретировался через проходную, оставив на выходе конверт с карточкой.

Давно никто не называл его героем. Он и забыл, как это слово звучит. Несмотря на неприятности на работе, жизнь вроде начинала светлеть. Он шел и думал, что если бы не тренировался до сих пор, то Ефим бы разбился. Конечно, руки теперь использовать нельзя, но есть и другие упражнения. В конце концов, неудобство временно.

Не спеша он зашел на всякий случай в аптеку за перевязочными материалами. Кенджи не мог припомнить, чем был на сей момент забит его медицинский ящик. Затем едва успел до закрытия купить молока в продовольственном магазине. Когда он подходил к дому, его мысли перескочили на другую тему. Ведь и крутить огонь, он тоже сейчас не мог. А это было единственное, на что он хотел потратить освободившееся время.

Открывая дверь квартиры, Кенджи уже почувствовал что-то неладное. Осматривая одну комнату за другой, он искал причину своего беспокойства. Войдя в спальню, источник обозначился. Перед ним сидел Безголовый. Этот громила ростом в два с лишним метра выглядел достаточно грозно. Когда-то он занимался боями без правил, но во времена Солнечной катастрофы, ему, как и всем, пришлось делать выбор. И он избрал то, что у него удавалось лучше всего.

После убийства Москита Безголовый руководил одной из двух серьезных банд Полярного района, промышлявших мародерством. После смерти родителей Кенджи попал под его влияние и быстро освоил преступный навык, которым сейчас не гордился - около десятка лет насилия и грабежей. Он ни на секунду не хотел возвращаться в то время. Когда на его глазах застрелили безоружного старика, который пытался звать на помощь, Кенджи решил уйти. Отпускать его никто не собирался, мотивируя, а затем и вовсе угрожая. Именно из-за них молодой человек так часто менял места обитания. Из-за своего упрямства и отсутствия инстинкта самосохранения уезжать из города Кенджи не намеревался. К тому же, он знал, что рано или поздно его все равно найдут.

– Чем обязан?

– Помощь мне твоя нужна.

– В который раз повторить, что я на тебя больше не работаю?

Безголовый кивнул своему громиле, стоявшему в углу, и тот прикладом автомата ударил Кенджи. Ноги подкосились, и он упал на колени.

– Я не спрашиваю твоего согласия. Ставлю перед фактом. Ты живешь в моем районе, дышишь моим воздухом. Серьезно полагаешь, что ничем мне не обязан? Да ты в ногах у меня должен валяться и благодарить, что невредимый под солнцем ходишь.

– У меня ничего нет. Что ты можешь мне сделать?
– и Кенджи засмеялся, за что и получил еще один удар в спину.

– Так ли уж ничего?

Безголовый кинул на пол стопку фотографий. Кенджи поднял и взглянул. На них он был заснят с Кларой во время последней их встречи. И, если бы можно было судить со стороны, то и в самом деле они казались похожи на пару, которая довольно хорошо проводит время вместе.

– Что тебе надо?

– Если честно, это стало для меня настоящим подарком. К тебе сложно подобраться, но как все знают, ничего невозможного нет. Если бы ты не был таким упертым, мне не пришлось бы прибегать к подобным мерам. Все. Не хочу больше видеть твою азиатскую рожу. Завтра придет Заруба, в подробностях все растолкует.