К началу турнира они опаздывали на день, и если больше ничего в пути не произойдет, то этот срок не увеличится, и гнева короля удастся избежать. Впрочем, королевского недовольства, как и сказал Корвель, он не боялся. Власть Его Величества держалась на удельных лассах, поднимавших по зову короля свои армии во время войн и исправно пополнявшие казну за счет налогов с мелкопоместных лассов, горожан и крестьян. Так же удельные лассы входили в Большой Совет, но созывался он нечасто. В ответ короли давали сайерам привилегии, делавшие лассов практически неприкасаемыми, не лезли открыто во внутренние дела Уделов, лишь иногда устраивая показательные разносы особо зарвавшимся господам. Корвель не зарывался, потому знал, что увидит лишь гримасу недовольства.

Мысли мужчины вернулись к "Волчьему братству". Что двигало главой этого маленького Ордена, когда он отправлял заклинателя? Почему именно Удел Корвель? Все-таки неведомый враг, подсказавший, как быстрей привлечь к себе внимание короля? И на что Гудваль в таком случае рассчитывает? Удел просто так не может забрать даже король. Или же Орден выбрал земли Корвеля из-за того, что это один их крупнейших Уделов и ближе всего в к королевским землям? Уйдя в размышления, сайер не заметил, как они выехали на опасный участок дороги.

Здесь начинался спуск, но был он извилист и достаточно узок. Отряд теперь ехал парами, и с Катиль остался рядом Бартвальд, Рёнгафт, чье сердце вдруг забилось чаще, ехал со стороны горного склона, с затаенным ужасом поглядывая на обрыв, лежавший по другую сторону от дороги. Ратник глядел в спину Кати, ожидая ее злого смеха или предсказания, но лаисса мирно дремала под присмотром Даги.

— Благородная лаисса, — позвал ее Бартвальд.

Катиль чуть вздрогнула и открыла глаза, пытаясь понять, кто ее позвал.

— Я вас слушаю, — наконец ответила она, потирая лицо.

— Здесь лучше вам проснуться, — черноволосый ратник указал взглядом на обрыв.

— Да, разумеется, — кивнула девушка, стряхивая с себя остатки дремоты.

Корвель обернулся на негромкий разговор, поймал взгляд Кати и улыбнулся ей, но тут же сам сосредоточился на дороге, уходившей за поворот. Первыми исчезли из виду воины, проверявшие, не ждет ли отряд засада. Следом свернул ласс Корвель. Он увидел крестьянина, тащившего на спине корзину. Крестьянин заметил знатного господина и остановился, согнувшись в поклоне. Из-за следующего поворота выскочила рыжая в черных подпалинах собачонка. Она увидела всадников и залилась звонким лаем.

Крестьянин гаркнул на дворняжку, но та разошлась еще больше, начав кидаться под копыта лошадей. Сайер метнул в мужчину гневный взгляд. Он покрепче прижал к себе Рагну, заворочавшуюся во сне. Крестьянин кинулся на собачонку, дал ей пинка, и дворняжка с визгом умчалась за поворот, из-за которого показывались остальные воины.

Промчавшись под ногами первых лошадей, собака вновь залилась яростным лаем, бросаясь на лошадь лаиссы Альвран. Животное испуганно заржало. Даги попытался отогнать шавку, но та, перепугавшись сама, хрипела и вновь кидалась на рыжую лошадь, цапнула ее за ногу, и кобыла сорвалась с места.

Кати вцепилась в поводья, не зная, как остановить несущее ее животное. Лошадь вылетела за поворот, едва не сбив крестьянина, спешившего за своей собакой, обогнала сайера, метнулась мимо двух воинов, ехавших перед лассом, и скрылась за следующим поворотом. Корвель взглянул на Рагну и выругался.

— Остановить! — заорал он, разбудив криком наложницу.

— Гален, что случилось? — спросила она, глядя на него.

Ответить мужчина не успел, мимо него промчался Даги. Следом за ним, бросив на господина ненавидящий взгляд, скакал Туни.

— Святые сохраните, — простонал хриплый ратник, вырываясь вперед.

— Гален? — Рагна подергала любовника за рукав.

Корвель снова бросил на нее взгляд и ссадил на землю.

— Смотри за ней, — бросил он одному из воинов и сорвался следом.

Рыжая кобыла неслась вперед. Ее всадница, побелевшая от страха, вцепилась в поводья.

— Стой! — в отчаянии крикнула она, но лошадь это только подстегнуло.

Девушка обернулась и увидела спешивших за ней воинов. Она беспомощно выдохнула и вновь устремила взгляд вперед. Кобыла вынесла ее за следующий поворот. Извилистая лента горной дороги расширялась, переходя в широкий выступ, и резко сворачивала в строну, огибая скалу. Безопасная с виду каменная площадка оканчивалась обрывом. Именно отсюда должен был начинаться более безопасный спуск потому, что дальше путь пролегал вновь между горными склонами.

Кобыла вылетела за поворот и помчалась прямо, унося всадницу к пропасти. Ветер хлестал девушку по лицу, выбивая слезы из глаз. Мир расплылся, превращаясь в мутную пелену, Кати зажмурилась и закричала, вскидывая к лицу руки. Неожиданный удар выбил ее из седла. Рёнгафт Туни, так мечтавший убить ведьму и избавиться от проклятья, нагнал Катиль, точным движением скидывая ее с лошади. Он попробовал перехватить кобылу, но обезумевшая лошадь сделала отчаянный рывок и полетела вниз. Конь ратника заржал и встал на дыбы, сбрасывая всадника.