— Не стоит надеяться на меня, — ответила девушка. — Мои видения не спрашивают меня, когда им явиться, и я не могу увидеть то, чего хочется, лишь только то, что желают показать мне Святые.

— Похоже, они на моей стороне, раз посылают вам видения и предчувствия, которые спасают нас и тех людей, кого мы можем защитить, — подмигнул Корвель.

— Святые помогают тем, кто не обижает меня, — в ответ подмигнула лаисса Альвран и рассмеялась. — Учтите это, ласс Корвель.

— Если так, то я готов носить вас на руках, чтобы Святые чаще посылали вам важные видения, — усмехнулся мужчина.

— Боюсь, ваша женщина этого не оценит, и моя жизнь превратится в кошмар, — осторожно произнесла Катиль.

— Чушь, Рагна — добрейшая душа, чистая и любящая, — ответил Корвель. — Она понимает вашу ценность не меньше моего.

— Да-да, я знаю, кто толкнул вас под стены замка Альвран, — усмехнулась девушка.

Ласс помрачнел, Катиль тоже потеряла всякий интерес к разговору. Конечно, разве скажет ей сайер этого Удела об истинном нраве своей наложницы? Попытка больше выяснить о будущем соседстве не увенчалась успехом, и девушка решила составить свое собственное мнение, понимая, что именно от Рагны будет зависеть, в каких условиях ей придется жить дальше.

— Вам не о чем беспокоиться, лаисса Альвран, вы под моим покровительством, — Корвель правильно понял мысли девушки. — Вас никто не посмеет обидеть. Да вы и не позволите это сделать сами, — хмыкнул мужчина, вспоминая, как Кати довела его до бешенства.

— Время покажет, ласс Корвель, — ответила Кати.

Корвель отвернулся от нее. Он глядел перед собой, о чем-то думая, наконец, вновь обернулся, поймал взгляд девушки и попросил неожиданно спокойно, без гнева и раздражения.

— Не делайте скоропалительных выводов, Катиль. Вы оказались оторваны от родных вам людей, и теперь ваша жизнь изменилась, но не спешите видеть в этом худший для вас поворот. Я обещаю, что вам не причинят зла. Если же вам покажется, что вас унизили, просто скажите мне, — ласс не стал ждать ответа, он вновь отвернулся и уже не возобновлял этот разговор.

Лаисса Альвран тихо вздохнула. Она знала, что отныне ласс Корвель будет беречь ее, оберегая обладательницу необычного и сильного дара, но не была уверена, что жизнь ее будет сильно отличаться от прежней. И даже если ласс оградит ее от любых нападок с чьей-либо стороны, будет исполнять ее прихоти, это не изменит положения пленницы. Впрочем, ею она была и в родном замке. Так что, если жизнь ее и не станет хуже, то лучше ей уж точно не быть. Та же клетка, только в чужом замке.

От грустных мыслей Кати отвлек вид руин из красного камня. Она узнала их, несомненно это было то самое место, которое девушка видела в своем ночном видении. Она натянула поводья и спешилась самостоятельно. Ласс тут же спешился следом и поспешил за лаиссой, подобравшей юбку и почти бежавшей к руинам.

— Катиль! — окрикнул ее Корвель, но девушка так и не обернулась.

Она свернула, не добежав до разрушенной стены, остановилась и огляделась. После издала радостный возглас и подошла к расчищенному месту.

— Он сидел здесь, — уверенно произнесла девушку, обернувшись в лассу Корвелю.

Катиль мгновение раздумывала и села на холодную землю, скрестив ноги.

— Вокруг стояли свечи, — говорила она, закрыв глаза. — Чертил, — пальчик девушки заскользил по земле, — шептал… Потом достал нож, — женская ручка вытащила из ножен несуществующий нож, — и пустил кровь. Потом перевернул руку, кровь потекла на землю.

Лаисса совсем ушла в себя, и с губ ее сорвались те же самые слова на неизвестном языке, которые Корвель слышал ночью. И опять она подняла лицо вверх и завыла, только в этот раз ответного воя не раздалось, и ласс понял, что отвечал волк не девушке, он шел на зов заклинателя. Мужчина хотел уже выдернуть прорицательницу из плена ее видений, но замер с протянутой к ней рукой, наблюдая, что девушка сделает дальше.

Она продолжала шептать, чуть раскачиваясь. Закончив произносить слова, которые, находясь в своем разуме, не смогла бы воспроизвести, лаисса Альвран вскинула руку и произнесла громко и четко:

— Мар!

После некоторое время смотрела вслед уходящим зверям, и губы ее исказила жесткая ухмылка. Корвель наблюдал, как Кати задувает несуществующие свечи, вытирает нож и прячет его в ножны, которых тоже не существовало. Девушка поднялась на ноги, любовно погладила "медальон" на груди и направилась в сторону руин. Ласс шел за ней, боясь дышать.

— Госпо… — позвал один из воинов.

Ласс с яростью взглянул на него, и мужчина осекся. Катиль скрылась за старой кладкой, Корвель шел за ней след в след, пристально следя за каждым движением. Неожиданно лаисса разразилась площадной бранью, глядя на подошву своего сапожка, шаркнула им по каменному полу, сквозь плиты которого торчала прошлогодняя желтая трава, и нагнулась над люком. Она потянула за очищенное от ржавчины кольцо, но сил девушке не хватало, и Корвель спешно нагнулся, помогая ей.

Крышка люка в полу с противным скрежетом поддалась, и им предстали скобы, вбитые в стену колодца, дно которого терялось во тьме. Лаисса начала спуск, продолжая тихо браниться себе под нос, время от времени нюхая то одну руку, то другую. Смысл и это действа сразу стал понятен лассу. Заклинатель наступил в испорожнения и теперь вынужден был держаться за те же скобы руками, на которые наступил испачканной подошвой. Корвель, спускавшийся за девушкой, скривился, но ладоней нюхать не стал, продолжая следовать за прорицательницей.