«Приди!» – воскликнул мысленно юноша, и тут же сознание покинуло его. Повалившись навзничь, он раскинул руки в стороны и больше уже ничего не видел вокруг.

====== Глава 25. ======

Вдруг темнота в глазах стала проясняться. Сначала показалось легкое свечение, затем огни стали ярче. Ганс услышал крики. Резко обернувшись, скрипач вдруг увидел стоящее у него за левым плечом существо. Это было некое подобие человека. Нечто со впавшими щеками, пустыми глазницами, в которых мертвенным светом трепетали огоньки холодного синего пламени. Ганс отшатнулся в сторону.

– Зачем пожаловали? – спросило существо, и Ганс сумел различить змею, находившуюся вместо языка во рту говорящего.

– Я хочу забрать душу, ушедшую из мира живых, – твердо сказал Ганс, не осознавая того, что слышал собственный голос.

– Забрать душу? А что же в обмен? – поинтересовалось существо и раскатисто рассмеялось.

– Моя душа, – ответил Ганс.

Но существо его уже не слушало. Развернувшись, оно уходило прочь, поманив Ганса проследовать за собой. Юноша повиновался.

Они шли по горящей земле. Языки вздымающегося отовсюду пламени жадно лизали ноги, руки, перекидывались на одежду. Рубашка юноши обгорала, плавилась под действием жара, но Ганс не замечал, что вот один рукав уже сгорел, и огонь по воротнику перекидывается на другую сторону.

Вдруг среди пламени отчетливо показалась чья-то почерневшая рука. Ганс ужаснулся и отшатнулся в сторону.

Существо, идущее впереди обернулось.

– Страшно? – послышался вопрос.

– Нет, – ответил Ганс, отрывая от себя обгоревшую руку, уже пытавшуюся удержать его за остатки рубашки.

И вот он увидел её…

Все вокруг было будто бы горящей землей. Вместо неба были красноватые отблески, напоминавшие заход солнца. Она стояла на небольшом возвышении, и языки пламени ещё только слегка касались её ног. Он всего её тела исходило мягкое голубовато-белое свечение.

– Неужели эта чистейшая душа должна гореть в Аду? – воскликнул восхищенно юноша.

– Нет ни ада, ни рая, – проговорило существо, ведущее Ганса, – все существование лишь иллюзия. А смерть – это пробуждение, которое заставляет видеть настоящее. Никогда не было той жизни, что представляют люди. Эти жалкие создания воображают счастие, ищут землю обетованную… Зачем? Ведь конец един: они все попадут сюда, чтобы вновь пройти путь испытаний, искушений, мучиться, кричать от боли…

Ганс не понимал, что ему толкуют.

– Я хочу обменять её душу на свою, – проговорил юноша.

– Обменять? – переспросило существо и снова рассмеялось.

Оно щелкнуло пальцами, и тут же языки пламени стали ближе подбираться к ногам девушки, захватывать подол её платья. На руках и ногах её появились оковы. Ганс бросился было к ней, но тут же утонул в огне. Он видел, как подбираются к девушке обгоревшие руки, пытавшиеся стащить её вниз с возвышения, слышал свой крик, но не спускал взгляда с её опущенной головы и мерно раскачивающихся под дуновением слабейшего ветерка волос.

Вдруг жар сменился холодом. Ганс на несколько секунд потерял способность чувствовать, но продолжал продираться сквозь тоннель из обгоревших рук, ног, безобразных лиц под смех безглазого существа.

====== Глава 26. ======

– Ганс, очнитесь! – воскликнул Вернер, брызгая юноше на лицо холодной водой.

Ганс подскочил, как ужаленный. Придя в себя за несколько секунд, он глазами отыскал на столике рядом с диваном бумагу и карандаш.

«Как Тесса?» – спросил Ганс.

Вернер на секунду задумался, потом открыл было рот, чтобы сказать что-то, но тут же передумал и отвел взгляд в сторону.

«Что с Тессой? Как она себя чувствует?» – повторил Ганс, протягивая листок Вернеру.

– Иоганн… Ганс, я должен вам сказать… – начал Вернер.

Ганс поднялся с дивана, куда его перенес врач, после того как юноша потерял сознание, и бросился на второй этаж.

– Ганс, постойте! – раздался за спиной голос Вернера.

Ганс открыл дверь и бросился к кровати, где по-прежнему лежала Тесса, со сложенными на груди руками. Прикоснувшись к её руке, которая показалась неестественно холодной, Ганс приложил голову к её груди, чтобы послушать, как бьется сердце, но… услышал тишину. Испугавшись, юноша бросился к столу. Взяв небольшое зеркальце, Ганс подставил его к носу девушки, в надежде убедиться, что она дышит. Он простоял в ожидании несколько минут, но надежды его не оправдались, и на стекле не появилось и малейших признаков конденсата.

В ужасе Ганс отпрянул на мгновение и уставил ошарашенный, непонимающий взгляд на лежащую Тессу.

– Ганс, вы были без сознания несколько дней… – раздался голос Вернера за спиной юноши, – она… Она умерла сегодня утром. Она не приходила в себя, даже перестала бредить… Вы знаете, Ганс, это состояние, оно похоже на крепкий сон, когда не слышишь и не понимаешь, что творится вокруг. Думаю, ей не страшно было умереть во сне…

Вернер замолчал, а Ганс так и продолжал стоять над мертвым телом любимой девушки. Молчание продолжалось несколько минут.