Иногда, словно дуновение легкого ветерка, пробегал по его коже холод. А иногда вдруг проступали на лбу капли пота и тяжело становилось дышать, будто бы в комнате было жарко.

Гансу хотелось спать, глаза его закрывались сами собой, но он не смел отойти ни на минуту, потому что знал, стоит только ему покинуть эту комнату, как нечто, которое незримо присутствовало здесь, проберется сквозь щели и заберет самого ценного, дорогого и любимого человека... Поэтому, не обращая внимания на усталость и одолевающий сон, Ганс все так же чутко сидел на своем посту.

Внизу, в гостиной, громко тикали часы. Время текло неспешно. Ганс начал было уже засыпать, но вдруг встрепенулся и подскочил со стула, чуть не уронив его, но успел вовремя поймать за спинку. За окном начало светать.

Дождавшись, пока на покрытом небольшими размытыми облаками небосводе покажется солнце, Ганс оглядел комнату и убедился, что нечто отступило с темнотой, после чего бесшумно вышел и спустился в гостиную, где, сидя на диване, погрузился в долгожданную блаженную дремоту.

Сон его не был глубок и то и дело перемешивался с отрывистыми взглядами на часы. Дождавшись полудня, Ганс поднялся с дивана и, расправив измятый воротник рубашки, поспешил на второй этаж.

Только приоткрыв дверь, он бросился в комнату к кровати девушки.

Хватаясь руками за одеяло, то дело сжимая пальцы в кулаки, Тесса металась из стороны в сторону. По лицу её сбегали капли пота. Губы девушки бессвязно что-то проговаривали.

Ганс бросился к ней, пытаясь разбудить. Он думал, что ей всего лишь приснился кошмар…

Тесса будто бы не замечала его. Девушка продолжала ворочаться во сне, что-то бессвязно шепча.У неё не было жара, не было лихорадки. Ганс ни на шутку испугался, но не мог ничего предпринять. Оставив попытки разбудить её, он мерными шагами ходил взад-вперед по комнате, ожидая чего-то. Решив, что если это не закончится само, отправиться за доктором, Ганс немного успокоился, но его продолжала бить крупная дрожь.

Прошло несколько минут, и Тесса вдруг стихла. Дыхание успокоилось, шепот умолк. Ганс облегченно вздохнул и присел на стул рядом с кроватью. Подождав ещё несколько минут, он снова попытался разбудить девушку, но она не просыпалась.

Ганс впал в некое подобие сна наяву. Время для него потянулось незаметно. Он, будто бы управляемый кем-то другим периодически подходил к окну, чтобы открыть форточку и проветрить комнату, потом возвращался к Тессе и тщетно пытался её разбудить, после чего снова садился на стул и ждал.

Так прошло два дня. Сам не свой, с одичалыми глазами Ганс выбежал из дома и направился разыскивать Вернера, когда ему показалось, наконец, что Тесса приходит в чувства.

Ворвавшись в комнату Вернера, который, к слову, все ещё располагался на том же постоялом дворе, Ганс хотел было кричать и рассказывать все, что произошло. И рассказал бы, если б мог говорить.

Вернер, испуганный видом юноши, в первую очередь дал ему успокоительные средства. И с удивлением наблюдал за тем, как юноша возбужденно пересказывал историю нескольких прошедших дней, вместо того, чтобы тут же заснуть.

Узнав все подробности, Вернер поспешил в дом семейства Сотрэль.

Осмотрев девушку, Вернер покачал головой и сказал что-то вроде: «Её души больше здесь нет. Осталось лишь умирающее тело», но Ганс уже не слушал его.

Ганс, оставив доктора в комнате, поспешил к знахарке, ведь по какой-то необъяснимой причине, чем безнадежнее положение человека, тем сильнее он верует в существование неведомых, неподвластных ему, мистических сил и ищет их помощи или защиты.

Он зашел в знакомую комнату.

– Я сегодня не принимаю… – послышался голос.

Из-за небольшой ширмы выглянула женщина в возрасте – травница.

Увидев почти обезумевшего от бессонницы и волнений молодого человека, исхудавшего, с бледным посеревшим лицом и блестящими темно-карими глазами, травница испугалась.

«Что может вернуть душу умирающего человека обратно в этот мир?» – написал Ганс.

– Сделка с властелином Огненной Гиены, – с трепетом ответила старуха.

Ганс попросил её научить его заключению подобного вида сделок по обмену душ, но знахарка с суеверным страхом отговаривалась. После долгих просьб, уговоров, хитростей и предложенных денег она все же согласилась.

Ганс подучил необходимые инструкции и средства для воплощения своего замысла. В том же полусонном состоянии он прибежал домой и, бесшумно заглянув в комнату, где лежала на кровати Тесса и сидел подле неё на стуле Вернер, вернулся на первый этаж. Ганс содрал с пола ковер и резкими движениями начал чертить необходимые магические символы. Большой круг с заключенным в него символом дьявола, звезды, знаки непонятного юноше алфавита. Закончив чертить, Ганс вывалил на пол множество небольших свечей и трясущимися руками начал расставлять их по нужным местам и поджигать. Закончив, он оглядел комнату, выглядевшую теперь как сатанинское святилище, посмотрел на икону, висевшую на стене, снял её и положил ликом вниз на каминную полку. Все было готово. Ганс присел на колени в центре начертанного круга и начал читать про себя вытверженное наизусть заклинание. Повторяя мысленно слова, Ганс с каждым новым повтором делался все менее восприимчивым ко внешнему миру и погружался в свой внутренний мир. Он смотрел вокруг с закрытыми глазами и продолжал видеть комнату.