– А что такое "судить"? - спросили мужики, когда Мес предложил им восстановить справедливость.

– Он должен быть наказан за убийство Ио и дочери Глани, так?

– Так чего судить? Убить и всё, - недоумевали мужчины.
– Раздеть и привязать к столбу, пусть помёрзнет.

И только Адуй, испытывающий привязанность к хозяину, чувствовал себя чужим среди них, и вздохнул с облегчением, когда Мес ответил:

– Только создатель имеет право призывать души, пусть даже самые испорченные. Вот есть у тебя сын, разве ты позволишь кому-то забрать его жизнь?

Мужчины поняли. Хотя Мес появился недавно, его недостижимая мудрость, а также спокойствие и уверенность убеждали.

– Крал, открой! Мы не причиним тебе вреда!
– стучал Мес осколком кирпича, потому что пальцы липли к ледяному металлу. За спиной у него стояли пятеро охотников. Остальные поселенцы ждали на улице.

– Хозяин, им можно верить, - добавил Адуй.

Рябой сдался на удивление быстро. Его связали кожаными ремнями и отнесли в угол, к печи. Комнату окутывал полумрак. Темноту нарушали лишь несколько сальных свечей, расставленных по углам, от которых потолок покрылся слоем сажи, а воздух пропах горелым жиром.

Мес осмотрелся в этой частичке полуживого прошлого. Помещение намного большее, чем срубы поселенцев, напоминало склад. В дальнем углу на стеллажах стояли деревянные ящики с разнообразными запчастями: транзисторами, трансформаторами, кремниевыми платами, нашелся даже один вполне сносный электродвигатель. В первом же ящике Мес обнаружил с десяток предохранителей, подходящих для починки снегохода. Нашлась коробка, битком набитая инструментами. На ручку молотка, торчавшую из неё, был нахлобучен, как милитаристическое пугало, противогаз; внутри валялись всякие ручные инструменты и электрические: дрели, болгарка, небольшой насос. На верхней полке лежали несколько пыльных, замызганных книг: "Руководство по войсковому хозяйству для вооруженных сил Р", "Общая электротехника. Учебное пособие", "Садоводство".

– Обыщите тут все, нет ли где двери или люка?
– попросил он.

В дальнем углу была устроена лежанка по меньшей мере из десяти целых шкур, на которой и сидел связанный. Около нее валялись объедки и стояла бочка с водой. В нескольких шагах от лежанки высилась печь, выложенная из обломков кирпича. Мес рассмотрел облупившуюся непонятного цвета краску на стенах, копоть на потолке. По верху бежали трубы, кое-где оторванные. В углу, аккуратно сложенные дрова ждали своей участи. Крал сидел осклабившись.

– Можешь брать, что угодно, я разрешаю!
– кривился он. Месу стало противно от его наглости. Хотя желание починить снегоход довлело, путник постарался забыть о нём.

– Ничего нет, никаких люков и дверей. Что будем с ним делать?

– Уже темнеет. Давайте оставим с ним дежурного и договоримся, кто его сменит ночью. А утром будет суд.

– Да серьезно. Ты бери, что нужно, я всё равно уже не жилец, - повторил рябой. Он вдруг как-то сник и побледнел, как ребенок, который теряет весь пыл, когда у него заболит живот.
– Я ведь не такая паскуда, как ты думаешь.

Месу стало жаль рябого. Каждый мечтает о справедливости и думает, что поступает правильно. Даже у последнего злодея всегда найдется оправдание. Такого человека можно на время подавить грубой силой, но вразумить? Бесценны и редки живые муки совести. Мес на мгновение задумался, жалеет ли Крал себя или раскаялся, осознав, что придется платить по счетам; вряд ли третье. Он подошел и рассмотрел его лицо. Старое, хотя по слухам Крал был моложе Меса, напоминавшее изгрызанную жизнью морду волка. Взять что-то у него - значило дать ему шанс. Проявить доверие. Ведь рябой понимает, что Мес выше всяких гнилых подачек. Как с человеком будешь обращаться, так он и будет себя вести.

– Спаси Бог, - пожелал ему Мес и взял из ящика несколько предохранителей.

Через полчаса, когда в небе уже висело ночное солнце, снегоход с ездоком на спине ревел, скользя по свежевыпавшему снегу. "Скорость бодрит как ничто. Холод и скорость!" - думал Мес, проезжая мимо елей. Путник поднял руку, они вздрогнули и осыпали его серебристым холодом.

И все же, чувство тревоги не отпускало. Что-то еще должно было произойти, не могло всё так быстро и легко кончиться. Вернувшись в деревню, он по пути домой проверил дежурного. Рябой спал, укрывшись шкурами, лицом в комнату, а Адуй сидел рядом и рассматривал книгу.

"Стремление к знаниям заложено у людей в природе, - убедился путник, - Бог сделал нас такими."

– Как ты тут?
– спросил он.
– Принести чего?

– Всё есть, я только что пришёл, - отвечал Адуй, попивая ароматный чай из какой-то душистой травы.
– Будешь?

– Пожалуй, не откажусь от пары глотков горячего, - улыбнулся Мес.

Чай приятно обжег нутро, с ним пришла лёгкость. Когда Мес вернулся в хижину, Нат уже спала. Вечерами они читали, но сегодня девушка, видимо, утомилась и уснула раньше обычного. Месу нравилось учить её; каждый её успех радовал его даже больше, чем собственный когда-то. Он вспоминал отца и только теперь понимал, каково это - быть учителем.