– Мам, не потянула бы ты меня. Я даже возвращаться к этой теме не хочу. Не было у меня выбора, единственный возможный вариант - переждать год, нигде не учась, и снова пробовать пройти на бюджет в Литинститут. Я не к этому говорила.

– К чему тогда?

– К тому, что не всегда рождение детей должно становиться смыслом жизни. Может, я плохая дочь. Ты разочарована во мне, но я ведь о появлении на свет не просила. Ты говоришь, встречу любимого человека, выйду замуж, материнские инстинкты сами проснуться. Не проснуться, потому что я смотрю на мир другим взглядом, понимаешь? Отличным от твоего, и именно поэтому ты считаешь меня чуть ли не самым говённым человеком. Просто потому, что у меня сложилось другое представление о жизни. По твоему, я должна беспрекословно тебя слушаться, должна проще относиться к людям, не искать идеалы, правду, справедливость, просто плыть по течению, на ходу выскочить замуж, родить ребёнка, взять в ипотеку квартиру, через пару лет родить второго ребёнка и смотреть, куда вынесет этим течением. Жить по системе, проще говоря. Жить так, как принято. Я так не хочу. Не понимаю, зачем оно нужно. Представления не имею, как воспитывать детей, как подарить им счастье, как заслужить любовь, а это важно, мам. Люди должны думать о таких вещах прежде, чем идти в роддом, не считаешь? Проблема нашего общества в том, что все убеждены, будто наличие в семье ребёнка, а порой и не одного - это закон. Закон, который нельзя нарушить. Если у тебя есть любимый человек или человек, с которым ты вынужден по каким-то причинам быть вместе, жить вместе, то у вас обязательно должно быть чадо. Почему? Да, согласна, существуют люди, которым суждено быть родителями, но не всем ведь. Не все для этого годятся. Банальный пример - твой любимый дядя Саша. Разве ему нужны были дети? Нет, плодил, потому что так принято, не более. И разве это правильно?

– Кир, ты ещё не видела жизни, - улыбнулась мама, вызвав во мне очередной шквал раздражения. Она абсолютно не пыталась меня услышать, - ты рассуждаешь в силу своего возраста. Твоя точка зрения неправильная.

– Что значит "неправильная", мам? А есть правильная? Каждый человек имеет право на свои собственные мысли. И какого возраста? Мне не двенадцать лет. Девятнадцать, я вполне понимаю, что говорю.

– Когда появится у тебя муж, дети, ты совершенно иначе будешь рассуждать, поверь мне.

– Не появятся у меня дети, не хочу я этого.

– Ну, а если забеременеешь, что будешь делать? Родишь ведь. Родишь и любить будешь этого ребёнка, души не чая.

– Не рожу.

– Аборт сделаешь?
– усмехнулась она.

– Сделаю. Лучше сделать аборт, чем в будущем мучить ребёнка.

– Какая же ты ещё глупенькая, Кир. И в чём же ты видишь свой смысл жизни?

– Пока не знаю, но явно не в материнстве.

Без добавления каких-либо ещё слов я дожарила капусту, выключила конфорку и стремительно покинула кухню, чувствуя на спине мамину блаженную улыбку. Вряд ли в этой жизни мы были способны понять друг друга. Порой казалось, что меня родила совершенно другая женщина.

12 глава

В "Братьях Карамазовых" Достоевского Алёша говорит своему сладострастному, жестокому отцу: "Не злой вы человек, а исковерканный". Был ли исковерканным человеком мой отчим? Возможно. Но я не обладала святостью Алёши, поэтому этот факт нисколько не оправдывал его в моих глазах.

Родился отчим поздно, родителям на тот момент было за тридцать. Мать работала всю жизнь швеёй, отец - водителем. Люди они были несколько странные. Вели затворнический образ жизни, мало с кем общались, мало кому ведали о личных делах, с родственниками не знались, зато при всём при этом в церкви являлись самыми частыми посетителями. Дети для них, как и для большинства тогда и сейчас, воспринимались как данное, как что-то неизбежное, вряд ли что первая беременность матери дяди Саши, что вторая, что третья были запланированы. К слову, он приходился самым младшим из трёх братьев: со старшим разница в возрасте составляла четырнадцать лет, со средним - шесть. Все трое росли в крайней жестокости и непонимании. Отец с виду и был человеком мягкотелым, молчаливым и замкнутым, в семье же открывал себя с совершенно иной стороны. Воспитание в его понятии приравнивалось к насилию. Порол он детей часто: и за явную провинность, и за ребячество, за детскую шалость, ничуть не видя в этом чего-то предосудительного. Ежедневные порки в семье считались в порядке вещей. Это мне известно со слов мамы, которая объясняла, откуда у отчима эти садистские наклонности. Для него подобный метод воспитания стал образцом, который он позже и спроецировал на своих детей, считая, что "только силой можно сделать из говна человека"

Ничем особенным с детства не увлекался. С двенадцати лет начал курить, выпивать. Учился плохо, несколько раз был едва не отчислен из школы за плохое поведение. Разумеется, за всё за это ему доставалось дома от отца в виде искусных побоев, и, может, в какой-то степени подобное поведение объяснялось протестом отцу, желанием обратить на себя внимание, поскольку именно внимания этим детям не хватало. Не было ни материнской ласки, ни разговоров по душам, ни каких-либо самых скромных проявлений чувств. Мать всю жизнь молчала. За детей никогда не вступалась, в дискуссиях за ужином, если таковые случались, ни разу не высказала свою точку зрения. Можно это назвать кротостью, но мама, которой довелось пару раз встретиться с родителями отчима, рассказывала, что кроткой эта женщина точно не была. Скорее глупой. Глупой и пустой. Она молчала не потому, что не хотела говорить, ей действительно нечего было сказать. Мыслительные процессы в её голове не происходили. Шить - да, она умела, но ответить на банальный вопрос о том, как дела, затруднялась. Отчим и сам признавался не раз, что его собственную мать умом обделили. Видно, и он частично это унаследовал.

Отца своего не любил, но считал идеалом. Примером для подражания и всегда говорил о нём с гордостью. Обиды за порки не испытывал ничуть. "Тогда, наверно, было обидно, а с возрастом-то понял, что не зря он нас бил. Всю дрянь зато выбил из головы. Детей надо пороть, иначе вырастут свиньями. Нахуй посылать родителей будут". Видно, вместе с дрянью разум и душу из него тоже выбили. Остались лишь тупость, мнительность, чванство да похоть. Всё.

Едва окончив техникум, этот человек женился на девушке тремя годами старше него, женился по залёту, надо сказать. Однако брак ничуть не ограничил его свободу. Всё так же блудил, так же удовлетворял свои страсти на стороне, по примеру отца воспитывал детей колотушками и ремнём, жену в грош не ставил. Да и она его. Девушка была, как и мать отчима, недалека умом, интеллектом не блистала, красотой - тоже. Неудивительно, что после пяти лет брака они подали на развод, но как ни странно, ещё несколько лет, уже не будучи мужем и женой, продолжали жить вместе и спать в одной кровати.

Наверное, можно было бы свести ограниченность отчима к неправильному воспитанию, к нехватке родительской любви, к покосившимся взглядам на жизнь, к неблагополучной среде, но другие-то братья выросли иными. Старший получил высшее образование, работал инженером на заводе, создал нормальную семью, в корне отличавшуюся от той, в которой вынужден был расти. Он пробуждал естественное уважение. С заботой и нежностью относился к своим детям, к жене, никто никогда слова о нём плохого не говорил, кроме отчима, обвинявшего того в жадности и тщеславии. Может, и было в нём тщеславие, может, была и жадность, но детей он любил и детство их не превращал в ад.

Средний же брат имел больше сходств и пересечений с отчимом. Тоже всю юность бросался в крайности, без разбора спал с девушками, не имея моральных рамок, жил, ублажая животное начало. Хотя, не хочется говорить "животное начало". Люди куда ниже животных, поэтому скажу: "Ублажая естественное начало". Выучился на электрика, долго сидел на шее у родителей, однако к двадцати пяти годам образумился, остепенился, устроился на постоянную работу, встретил девушку, женился. Детей у них не было: то ли он не мог иметь, то ли жена оказалась бесплодна. Первое время бегали по больницам, по батюшкам, бабушкам, после смирились и в полнейшей гармонии жили вдвоём. Не знаю, конечно, какой бы вышел отец из этого человека. Может, и к лучшему, что "Бог не дал им детей", но мне как постороннему человеку он никогда не мог представиться в роли тирана. Не в этой жизни. Возможно, бурлили в нём когда-то страсти, проявлялись изъяны, но то ли возраст, то ли нужная женщина рядом благополучно их усмирили. Да и детство своё он вспоминать не любил. Однажды по пьяни в споре с отчимом заявил, что ненавидит отца за искалеченное детство, и если и пытался тот выбить из них что-то своими побоями, то выбил или скорее убил лишь уважение к себе и восприимчивость к боли, поскольку после сотен ударов хлыстом физически тело действительно перестало реагировать.