– Карапузик, все пыхтишь? Че теть Паня сказала, кто у нас родится?.

– У нас сказала, будет, кого папа хочет, а эти два хитрых Авера мне даже имен выбранных ими для малыша не говорят.

– Мамочка, это секретный секрет, а мужчины секреты не выдают!.

– От, правильно, Минька. Мужуки, они завсягда мужуки!

Серега со вздохом вытянул ноги:

– Ух, что-то запарился я, дед баньку бы, а? -А затопил уже давно, можавелу запариваю с утра, заждался тябе, Сяргей.

– Ну, рассказывайте, як без мяне?

– А чаго ж, усё у порядке, унучку ждем вскоре.
– Дед упорно утверждал, что родится унучка, Минька по секрету сказал, что дед у магазине купил красивейшее китайское платье, про запас.
– Хай будя! Усё одно, если пацан родится буду унучку добиваться!

– Занятная история, Ритк, - говорил он снохе, - я як усягда тута жив, у Бряньск и не тяне, этта ж надо! Сродственники усе пугали, што я у тоске загнуся...

– Ага, загнется он, вон, домой не появляется. Старый кот, блин, - ворчала Алька.

– Пяреживая, значить, любить!
– довольно ухмылялся дед, - а чаго мне ешчё надо у этой жизни? Ничаго!Унуки, зять, праунук - усе мяне уважають, а и я при них греюся.

Он не говорил, но в разговорах с Евсеичем хитренько так нахваливал зятя - "усе для пользы дела, ён у нас уж дюже хороший мужик, глядишь, и стрельнеть кагда у нашу пользу..."

Сяргей пошел в дом, дед потрусил у баню.

Ванька же собрался до козы-дерезы.

– Волнуюсь, Аль, как желторотый юнец. Ща я в одно место сгоняю. Минь, айда со мной, ненадолго, но по делу.

. А разве Миня такую возможность упустит?

Пошли в сторону леса, через часок Алька и смеялась, и сдерживала слезы умиления: её невозможный сынок важно сидел у Чертова на руках, держа в своих ручках огромный букет полевых цветочков.

– Мамочка, мы с Ваней для девочек цветочки собирали, - он с достоинством отдал Альке приличный, собственноручно собранный букет.

– Ну вы и рыцари, какие молодцы! Спасибо, сладкий мой, это самый лучший букет в моей жизни!

– Я теперь знаю, где цветочки растут. С папой опять сходим! Я так много сорвал, что не мог идти, цветики глазки загородили, и Ваня меня понес, а я букетики держал.

– Ага, - процитировал Витёк.
– "Гена, тебе не тяжело? А то давай я понесу торт, а ты понесешь меня!"

– Знаю, знаю, - запрыгал сынок, - это Чебурашка так говорит.

– Аль, глянь, все в порядке? Я как-то букеты только покупные дарил, а тут, фиг его знает, может, по роже получу.

– Не, Вань, цветы, они самые простенькие, все равно цветы, и так приятно их получать, такое внимание радует. Иди уже, рыцарь!

– Минь, ты мне обещал, для поддержки штанов сходить со мной.

– Мама, можно?

– Можно, только назад...

– А я по тротуарчику, никуда не сверну, деда, ты меня увидишь?

– А як же, идитя, женихи.

Ванька прикинул, что если принесут цветы с Мишуком, Наташка не выбросит их, ребенок же дарит. А Натаха растерялась... она с удивлением и неверием смотрела то на Миньку с букетом, то на странно выглядевшего дяденьку:

– Это мне?

– Да, мы с Ваней собрали для мамы и для тебя, вот, их надо в водичку поставить!

– Спасибо!
– Натаха расцеловала мужичка, а дяденька аж зажмурился, так ему хотелось быть на месте Миньки.

И пока он жмурился, Наташа едва касаясь, чмокнула и его в щеку:

– Спасибо, дяденька!

– Тот прокашлялся:

– Слышь, ко... ээ... Наташ, пойдем, прогуляемся, надо поговорить немного...

– Ой, ну мне надо переодеться!
– она как всегда была в свих стареньких шортах и майке.

– Да мне ты и такая... нравишься, - бормотнул чудные слова дяденька-амбал.

– Я быстро!..

Натянула джинсы, надела футболку с длинным рукавом, шустро переплела косу, глянула на себя в зеркало.

– Ох, Натаха, ни подкраситься, ни подушиться... а, пусть с такой вот прогуливается. Наверняка ведь кусать начнет. Да и вообще...

Она шустро выскочила из дома и наткнулась на странный взгляд дяденьки.

– Что-то не так?
– растерянно спросила Натаха.

– Что?
– как-то заторможено спросил амбал, не отрывая от неё глаз.
– А? Нет, все так!
– он тяжело вздохнул и опять повторил.
– Все так!

– Куда пойдем?

– А, по вашему Бродвею, местному прошвырнемся.