- Как ты думаешь, кто-нибудь нас слышал?
– спросила Аня.
– Или мы можем винить кино?

– Мы можем винить фильм, если хочешь, - сказал я с улыбкой.
– Я устал.

– Я тоже.

Мы лежали в постели, болтая о всевозможных вещах: фильмы, музыка, города, любимая еда.

Я чувствовал себя хорошо, просто разговаривая с девушкой о случайных вещах, а не только трахая ее. И хотя мы только сегодня познакомились, я чувствовал себя очень комфортно с ней.

Это не то, что я часто делал, честно.

Или не всегда.

Обычно я заканчиваю с девушкой, потом с ней в целом, но Аня была умная и веселая. Я хотел говорить с ней, но в какой-то момент, мы, видимо, задремали от усталости и от переизбытка ощущений.

Проснулся я от шума все еще продолжавшейся вечеринки.

Аня спала, свернувшись калачиком в моих объятиях, и глядя на нее, я чувствовал что-то, чего никогда не испытывал до этого.

Не в этой жизни.

Очевидно, это была не любовь. Я не так глуп, чтобы поверить, что любой желающий мог влюбиться так быстро... Но это было что-то вроде легкой влюбленности. Если бы я был уверен, что влюбился в нее за один день, то продолжал бы с ней встречаться.

Она тихо застонала и перевернулась на живот. Я же закрыл глаза и снова заснул.

Шум от вечеринки разбудил меня еще раз на около трех часов ночи, я застонал и потянулся к месту, где спала Аня.

Только ее там не было.

Я сидел, выпрямившись, и окончательно проснувшись. Она, наверное, просто пошла в ванную. Но я беспокоился о ней.

Мои друзья все еще были здесь на вечеринке, в моей гостиной, и я знал, что некоторые из них могут быть мудаками, когда напьются. Они могли ее изнасиловать или сделали еще что-нибудь ужасное, вроде этого.

 Я включил лампу, и тут же испытал внезапное щемящее чувство в животе, когда увидел, что ее обуви, одежды и сумки уже не было.

Краем глаза я зацепил что-то яркое, и я вгляделся в зеркало над комодом. Ярко-розовой помадой большими буквами было написано одно слово.

Мудак.

Ну, этого, конечно, не было там раньше. Должно быть Аня написала это, хотя я понятия не имел, почему.

И что это было? 

Она ушла, и я не видел ее с того момента, когда она вошла в бистро де Артистс прошлой ночью.

После той ночи я действительно искал ее, но даже в наши дни с Facebook и Instagram трудно было найти девушку в таком огромном городе, как Нью-Йорк, когда ты не знаешь даже ее фамилии. Я бы с удовольствием пнул сам себя за то, что не спросил ее.

Я опросил всех, кого знал из тех, кто присутствовал на вечеринке, видели ли они ее, знали ли они, как ее найти. К сожалению, они все были настолько пьяны ночью, что никто из них даже не вспомнил, кого я имел в виду.

В отчаянной попытке найти ее я попросила друга, который пригласил Дейва на мою вечеринку, спросить его об Ане, и он поехал к Дэйву, чтобы узнать. Дейв дал адрес в Квинсе, и я направился туда, чтобы разыскать ее.

Конечно, это было слишком легко, чтобы увериться в том, что мне повезло наконец-то найти ее, и я должен был предвидеть, что случится дальше.

Когда я прибыл в Квинс по адресу, то постучал в дверь только, чтобы увидеть немолодую русскую проститутку по имени Аня.

Я должен был знать, что мудак Дэйв не захочет помочь мне после того, как я технически отбил у него «девушку» и выгнал его с моей вечеринки.

После этого, я бы отдал все, чтобы найти ее.

Я понятия не имел, почему Аня ушла, и почему она написала «мудак» на моем зеркале, но я ничего не мог сделать. Её не было... До сегодняшнего дня.

Теперь она вернулась, и чувства, которые я испытал той ночью, оказались намного сильнее.

 Я собирался сделать ее своей, раз и навсегда.

Но сначала мне нужно узнать, какого черта она ушла после того, как в первый раз...

После того, как я, наконец-то, выбрался из постели, принял душ и побрился, я проверил телефон, чтобы увидеть, что у меня три пропущенных звонка от папы. Я перезвонил ему, он ответил после второго гудка.

– Кэм, я пытался связаться с тобой весь день.

– Прости. Я спал.

– Ну, это часть причины, по которой я звонил. С тех пор, как ты выбыл из гонок, ты почти каждую ночь проводишь в клубах, спишь весь день и с трудом делаешь что-либо, помимо этого. Я думаю, тебе пора всерьез заняться чем-то.

Я вздохнул:

– Я знаю, знаю. Я пытался думать о чем-то еще, чтобы заняться этим в течение нескольких недель, но я до сих пор... Блять, я не знаю, как это объяснить.

– Необъяснимо, Кэм. Это слово, которое ты ищешь.

– Да, наверное.