– Мне надо подумать, - ворчливо сказал Ванделер.
– И покурить.

– Идемте на балкон, - пригласил хозяин. .

Балкон выходил во двор, на северную сторону. Солнце никогда не заглядывало в обитель господина Страссера. Напротив располагался многоэтажный дом, стоящий боком. В его торцевой стене не было окон. Под подъездом стояло пару машин, людей возле них не было.

Ванделер одобрительно кивнул и закурил. Рихард последовал его примеру.

– Так вы говорите, программа практически готова?
– спросил Рихард.

– В основном да, - ответил юноша.
– Надо только сесть и написать ее. Сейчас я не могу этого сделать.

– Почему?
– спросил Рихард.

– Из-за формальностей, - сказал Страссер.
– Хозяин конторы, в которой я работаю, считает, что ему принадлежат права на все, что делают его сотрудники. Если я сейчас запишу программу, он непременно попробует заявить свои права на нее, и нас ждет дикая волокита. Нет, сначала надо уволиться оттуда и подписать договор с вами, и тогда я смогу сесть и написать программу без претензий. Имейте в виду, что объем информации будет очень большой. Нам понадобится мощный компьютер.

– У нас есть мощный компьютер, - ответил Ванделер.

"Самый мощный компьютер в мире", подумал Рихард, но вслух ничего не сказал.

– Я думал, они есть только у самых крупных компаний, - сказал юноша.

– Мы не афишируем всех своих возможностей, - вставил Рихард.

– Вот что я вам скажу, молодой человек, - произнес Ванделер.
– Это очень серьезная идея. Вы подошли к задаче с размахом. Ваше искусство впечатляет. Вы достигли настоящих вершин мастерства.

– Спасибо, - смущенно сказал Страссер.
– Знаете, у меня даже голова кружится, когда я думаю о перспективах. Мы можем изменить мир.

– Осторожно с головокружением, - ответил Ванделер.

Рихард выбросил окурок, взял Страссера за лодыжки и ловко перекинул его через перила.

Снизу донесся крик, затем грохот, затем заработала автомобильная сигнализация.

– Церемония награждения переходит в стадию бегства, - сказал Ванделер.

Они быстро зашли в комнату, пока кто-нибудь снизу не принялся глазеть вверх, и направились к выходу. На полдороге Ванделер остановился.

– Письмо с отказом, - сказал он.
– Оно на столе?

Рихард обернулся назад.

– Да, на столе.

Ванделер удовлетворенно хмыкнул.

– Вот пусть там и лежит, - сказал он.
– Надо максимально упростить полиции расследование этого ничем не примечательного самоубийства.

Рихард рассмеялся. Письмо останется на столе. Когда-то для этих целей они использовали перчатки. Теперь в этом уже нет нужды. Отпечатки будут опасны только несколько часов. В конце смены они, как и лица, исчезнут без следа.

На улице снова начал накрапывать дождь. Рихард поднял воротник и вышел вслед за Ванделером, стараясь быстрее проскочить мимо толпы, собравшейся у входа. До его слуха долетели обрывки фраз "неудачник" и "к этому все шло".

К этому все шло, повторил он про себя, усаживаясь в машину.

– Сколько можно, шеф? Даже рабов изредка кормят время от времени. Я отказываюсь работать без кофе и булочек.

– Ну не здесь же, - ответил Ванделер, и Рихард кивнул.

Ходили упорные слухи, что в рабочих кварталах в продукты и водопроводную воду добавляют специальные добавки, угнетающие активность мозга. Некоторые считали, что это сказки, но Рихарду казалось, что это вполне вероятно. Иначе как объяснить, спрашивал он себя, что люди могут жить среди всего этого, и ничего не замечать. Им даже в голову не приходит, что что-то идет не так. Явно здесь какая-то химия.

Рихард завел машину и вырулил на магистраль, ведущую в сторону центра. В такое время надо было глядеть в оба, иначе можно было заехать в пробку. Их время стоит дорого, его нельзя терять.

– Однако, - сказал он вслух, - прыткий попался парень.

– Не говори, - отозвался Ванделер.
– Я сам до сих пор под впечатлением. Интересно, что бы он сказал, если бы узнал, что эта программа была создана еще одиннадцать лет назад? Что она работает на самом мощном в мире компьютере? И что именно она назвала его имя, как человека, который должен исчезнуть?

– Он бы сказал, что у судьбы есть чувство юмора, - предположил Рихард.

– Змея, кусающая свой хвост, - пробормотал Ванделер.
– Да, это звучит смешно.

– Зато с ним было все ясно, - заметил Рихард.
– Это тебе не стриптизерша какая-нибудь.

Ванделер вздохнул, достал портсигар, раскрыл его, посмотрел на сигареты, вздохнул еще раз и закрыл обратно.

– Надо меньше курить, - буркнул он под нос.
– Врачи не советуют. Ты... не думай так, стриптизерша, не ясно... Мы с тобой люди маленькие. Мы можем чего-то не знать. Все знают только компьютеры, и они не делают ошибок, в отличие от людей. Если Защитник назвал ее имя - значит, она должна была что-то сделать. Очень часто они определяют центр влияния до того, как он сам себя определит. Ты просто не видишь всего.