Не сюсюкались со своими соплеменниками и евреи-чекисты. В районах черты оседлости их процент был высок. Известно, что в этих местах было много люмпенов, деклассированных и уголовных элементов еврейской национальности. Эти люди пошли бы в услужении самому Дьяволу, если бы он их призвал. Ведь гитлеровцы призывали в надзиратели гетто (капо) евреев-уголовников. И те служили им по-собачьи преданно. Так они относились и к службе в ЧК. Во все времена её (или её модификаций) существования.

Известно, что в районах черты оседлости органы ЧК и советской власти широко практиковали взятие заложников. Так, в начале 1921 г. в местечке Сатанов (Подольская губерния) в заложники за одного убитого красноармейца (или активиста) были взяты 26 евреев. Часть из них была расстреляна без предъявления обвинений - "на всякий случай".

Немало русскоязычных писателей погибло в казематах и подвалах "органов революционного правосудия". Среди них народник-гуманист А.П. Лурье, работавший в Крыму в "Южных ведомостях"; С.Р. Жилкин, редактор архангельского "Возрождения Севера"; Леонов - редактор "Северного Урала"; Элиасберг - сотрудник одесских газет "Современное слово" и "Южное слово". Они были виновны в том, "что дискредитировали советскую власть".

Вот ещё пример: одесская ВЧК получила донос о контрреволюционной деятельности некоего Арона Хусида без указания точного его места жительства. В тот же день, согласно справке одесского паспортного стола, по предписанию следователя Сигала арестовано было 11 человек, носящих фамилию Хусид. Так как следствие не могло обнаружить "контрреволюционера", то было принято решение расстрелять каждого второго, опять-таки - "на всякий случай".

В эти же годы по очевидным причинам из России и СССР эмигрировали в Палестину, США, Францию, Германию, Китай сотни тысяч евреев. Среди них были видные общественные деятели - врачи, писатели, инженеры, учёные, журналисты, художники и священники.

Политика военного коммунизма окончательно разорила еврейское население (и не только!). Запрещение торговли и любой купли-продажи полностью разрушило основы экономической жизни российских и ставших вскоре советскими евреев. Согласно переписи населения в 1897 г., торговлей в России занималось (по известным причинам) 38,65% самодеятельного еврейского населения, а евреи составляли 72,8% от всех занятых в торговле. Крайности политики военного коммунизма приводили к тому, что даже у ремесленников, не использовавших чужой труд, конфисковывали орудия производства.

Тяжёлый кризис переживали еврейские местечки, жители которых ещё недавно страдали от погромов, а теперь - от "эпохи военного коммунизма", вынуждены были в полном смысле слова бороться за жизнь. Одни - ремесленники-кустари, коих всегда в местечках было, примерно, 4/5, тайно работали по ночам, другие, в особенности вблизи государственной границы с Польшей, становились непревзойденными проводниками контрабандистов, а то и контрабандистами, третьи уходили добровольцами в милицию, четвертые - в уголовный мир. Так, например, в городе Лепель (Витебская губерния) были расстреляны пять евреев-контрабандистов, а остальные были осуждены. Крах экономики местечек черты оседлости - причина бегства молодых евреев в большие города, на новостройки Урала, Сибири, в Среднюю Азию и на Дальний Восток.

В "эпоху военного коммунизма" разгрому подверглись все традиционные формы общественной жизни евреев, т.е. ликвидированы были еврейские общины, поддерживающие убогих, нищих, старых, одиноких евреев и сирот. Среди евреев появилось много атеистов, в особенности среди молодёжи, хлынувшей в рабфаки, вечерние школы и комсомол. Но власть, добившись такого состояния еврейства, пошла дальше. Она начала преследовать еврейскую религию, были закрыты все еврейские школы, в том числе и религиозные, закрывались синагоги, ликвидировались еврейские общественно-политические организации и, в том числе, Еврейская коммунистическая партия Поалей Цион. Издательства и органы периодической печати на иврите были ликвидированы.

19. ОТНОШЕНИЯ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ И ЕВРЕЕВ (1922-1941 гг. )

В результате различного рода геополитических и внутриполитических событий в СССР к 1926 г. по данным переписи населения число евреев достигло 2 680 823, к 1939 г.
– 3 028 500 человек. Наиболее густонаселенными еврейским населением территориями были Украина и Белоруссия. "Дорвавшись" после многовекового стремления к равноправию, евреи хлынули, что называется, в ВУЗы, техникумы, вечерние школы, профессиональные технические училища, а также в ряды ВКП(б) и Ленинского комсомола. Их выплеснувшая "наружу" копившаяся многие столетия общественно-политическая активность была окрашена в свободолюбивые цвета. Присутствие евреев на партийных и комсомольских собраниях обусловливало не только их дискуссионный характер, но и подчас ярко выраженную эмоциональную окраску. Дело в том, что "новые большевики" из числа евреев воспитывались в хедерах (начальных религиозных школах), где обсуждение и независимое токование религиозных догматов всегда поощрялось учителями, а в партийных организациях большевиков обсуждение решений, принятых вышестоящими органами партии, не допускалось. Они жили по принципу так называемого демократического централизма, внесенного в устав российских социал-демократов Лениным и обусловившего раскол этой партии.

Жизнь подтвердила опасения "отца" российских социал-демократов Г. Плеханова и его сторонников (меньшевиков, возглавлявшихся Л. Мартовым) относительно того, что, захватив власть и руководствуясь принципом демократического централизма, партия большевиков породит невиданной силы бюрократию. Об этом же стал после смерти Ленина буквально кричать на всех перекрёстках общественной жизни и Л. Троцкий. Но "вожди", пришедшие к власти ещё при жизни Ленина, сообразили, что при развитии "жидовских" дискуссий, к власти могут прийти их оппоненты, рассматриваемые по умолчанию как враги. Поэтому кулуарное решение о необходимости формирования в СССР всеобъемлющего контроля над общественной жизнью, оформилось как решение XII партийного съезда, на котором было принято решение о политике партии в сфере национальной политики в 1920-е годы. Сущность этой политики была названа курсом на "коренизацию", т.е. на культурное развитие национальных меньшинств в установленных большевистской идеологией рамках.

Наиболее ярко новая национальная политика выразилась в приказе создавать "национальную по форме и социалистическую по содержанию" культуру. В рамках этой политики состоявшийся в 1925 г. III съезд Советов постановил стимулировать участие национальных меньшинств в работе органов советской власти и создавать национальные советы в местах их компактного проживания - естественно, под руководством партийных органов.

Руководствуясь принятыми на государственном уровне решениями, власти Украинской ССР детально прописали права пользования родным языком нацменьшинств в государственных и общественных учреждениях республики. Декрет от 1 августа 1923 г. отдавал предпочтение украинскому языку, за русским признавался статус "наиболее распространённого языка". Остальным нацменьшинствам было дано право - использовать свои языки в структурах местного самоуправления в районах их компактного проживания.