– О, авария!
– бросив взгляд на телевизор, возвестила она, - А мы её сегодня уже видели. Как раз в том месте, где разбилась Сонька.

Сказала и пошла к себе в номер, сопровождаемая предупредительным "папиком".

"Где разбилась Сонька! Разбилась Сонька! Сонька! Год назад!
– застучало в голове Андрея.
– Молоко, которое перестало скисать! Флешка, что переменила цвет! Его сон!" Постой! Постой! Постой! Этого просто не может быть. Ему приснился сон с той флешки, что год пролежала на подоконнике, сон той девчонки. Он не поехал за машиной, потому что ему приснился этот сон. Ей не приснился, и она разбилась? Вещий сон? Если бы он не украл её сон, Девушка осталась бы жива?

Своя шкура ближе, без сомнения, но лицо той девчонки с простенького памятника у дороги всплыло перед глазами. Оно не осуждало и не укоряло, но не хотело уходить. И что теперь? Ему жить с постоянно стоящим перед глазами лицом той девчонки?

Голос разбившейся Соньки (Андрей вспомнил его) зашептал внутри него, припоминая забытые им самим пакости. Этому он не помог, этой отомстил, а тогда прошёл мимо. Раньше это не казалось постыдным, но не сейчас. Каждое напоминание ложилось горчичным блином на сердце и оттуда, с кровью, отравляя каждую клеточку тела. Он сходит с ума? Голос внутри него словно пережимал тонкую шейку души, заставляя её задыхаться отчаяньем и болью. Ни телевизор не спасал от этого, ни книжка, забытая Маринкой. О сне сегодня вообще речь не шла. Стоило прикрыть веки, как перед глазами возникал памятник на обочине дороги, рядом дерево с воткнувшимся в него FIATом. Он, что? И за перегонщика теперь виноват? Скольким жизням он вообще обязан?

Утро он встретил с воспалёнными глазами. Суматоха в душе прошла, остался лишь лёгкий тремор. Сдав наскоро смену Маринке, он вышел на крыльцо гостиницы. Солнце раскалилось не на шутку, наверное, тоже злится на него. Пусть! Андрей шагнул на дорожку. Он знал, куда ему идти. Это был его первый шаг в сторону церкви.

НАВЯЗАННАЯ УСЛУГА

Будильник запиликал, как всегда неожиданно, убив лучшую часть сна. Он постоянно так делает, палач, бездушный монстр, с бездушными электронными потрохами, враг всех нормальных "сов" и честных работников, что не позволяют себе опаздывать на службу. Артём дотянулся до него и прикончил, как обычно делал это шесть раз за неделю. "О! Опять на работу!" - мысленно простонал он. Произнести это вслух сил не было. Вчера они, лучшей частью отдела, то есть он, Серёга и Юлька знатно посидели в ресторане. Отмечали их очередной проект. Начальство одобрило его и даже выделило на отдел разовую премию, которую они вчера и пропили. Не жалко. Если проект заработает, как предполагалось, премии станут регулярными.

"Вста-авать! Ну, же!" На вялый приказ тело не спешит реагировать. Время есть. Минутку, а лучше пяток, ещё можно поваляться в постели. Не можно, а нужно. Сначала надо собраться с силами, а потом уж принимать вертикальное положение. Хочешь, не хочешь, а надо добраться до кухни, выпить алкозельцера и что-нибудь протолкнуть в желудок. Хотя начальства сегодня не предполагалось (суббота!), похмельным факелом на работе светить рискованно. Обязательно найдётся товарищ-доброхот, что "вложит" тебя, не со зла, просто радея за коллектив. Потому что коллектив - это семья, а в семье не без урода. В зависимости от настроения сотрудники их фирмы казались Артёму, то стадом, то стаей, а чаще сперматозоидами в огромном презервативе. Также бестолково суетятся, спорят, толкаются, стремясь вырваться вперед. Куда, милые? Латекс не пустит.

В постели рядом кто-то зашевелился. Артём насторожился. Он жил один и обнаружить кого-то в своей кровати после бурной вечеринки хотя и неожиданность, но вполне закономерная. Главное, чтобы нынешняя неожиданность оказалась, если не обидно старой, то хотя бы традиционной. Выпито вчера было немало, и окончание вечера Артём помнил смутно. Из-под одеяла выбралась голая девица и босиком прошествовала в туалет. Не скукоженно прошмыгнула в поисках своих тряпочек, а именно прошествовала, давая обозреть себя во всей красе.

"Юлька?" - почему-то пришло в голову. Кому же ещё оказаться в его постели? Вчера они вместе отжигали в ресторане. Но Юлька уже пару месяцев как с Серёгой. Может, и он здесь? Артём пошарил вокруг, никого больше не было. Правильно, троим в его постели не уместиться. Нет, не Юлька. Девица, что сейчас занимала туалет, на неё нисколько не походила. Даже с похмельного спросонья Артём умудрился это разобрать. Юлька ниже ростом, костистей и к тому же короткостриженая брюнетка.

Незнакомка, во-первых, была блондинкой, с шикарной копной волос, во-вторых, ростом выше, а в-третьих, с умопомрачительной фигурой. "Любопытно, а спереди она также хороша, как и сзади?" Проклятый алкоголь, он не мог вспомнить её лица и даже того, было у них чего или нет. Какие-то обрывки картин и всё. Он кого-то целовал, пытаясь выставить себя умелым любовником, а дальше провал. Если красотка выпорхнула из постели в стиле "Ню", значит он всё-таки раздел её. А вот утвердился или нет, не отложилось в памяти. "Профессионалка или всё же любительница?" - как-то запоздало включился анализ. И что из того? Ту или другую надо выпроваживать из квартиры. Ему сегодня ещё на работу. Девушка тем временем переместилась в ванную, откуда послышался плеск воды. Самому бы под душ. Пусть организм противится, а подниматься всё равно надо. К тому же туалет свободен.

Артём встал и тоже на себе одежды не обнаружил. "Так, было?" Сейчас плевать. Он двинулся по привычному утром кругу - туалет, душ, кухня. Когда он появился на последней точке, то обомлел. На столике, на салфетке (!) его ждала тарелка с яичницей, именно с такой, которую он любил, с жидким "глазом" и бутерброд с маслом. Рядом сметана, чашечка кофе и, кто бы мог подумать, стакан с водой и таблетка "Алкозельцера". Такое ему лишь в коротенький медовый месяц устраивали. Потом куда всё делось? Каждый перешёл по утрам на самообслуживание, затем жена испарилась навсегда. А тут, чудесница, что организовала всё это, сидела рядом, клюя носом, ожидая, пока хозяин позавтракает. Домострой какой-то.... И пусть, зато как тешит мужское "я".

"Алкозельцер" и сметана возродили к жизни. Глоток кофе и Артём уже стал проявлять интерес к девушке. Она по-домашнему сидела в его футболке, которую нашла в ванной. Одёжка с мужского плеча женщине порой добавляет сексуальности, особенно когда она сидит нога на ногу, открывая бедро на всю длину. И грудь у неё вполне, вполне.... Наконец-то Артём разглядел её анфас. Лицо, слава богу, правильных пропорций, даже приятное. Отсутствие косметики на нём не пугало утро. Повезло. Сказать больше - ночь с такой дорогого стоит. Обидно, что он ничего не помнит из вчерашнего. "Может и не стоит сразу гнать её?" - пару раз закралась жалостливая мысль. "Ну, куда она сейчас пойдет? Выспится, тогда уж пусть уходит". Денег, ценностей Артём не хранил - квартира съёмная, все сбережения на банковских карточках. Телевизоры сейчас не крадут, а ноутбук он может забрать с собой.