– Ага, типа того, - кивнул Стас. – Первые годы еще ничего было. Так, появились

какие-то куцые кустики, мелкая такая ржавая травка полезла. И с каждым годом все больше, -

он выругался. – Кстати, видел птичек? Так вот – не птички это, а насекомые. А вон, в тех

зарослях твари, размером с крупную собаку, но на собак совсем не похожие… Им лучше

спину не подставлять. Такие дела, брат! Ладно, хоть наша россиянская живность сохранилась,

а то бы я давно кони двинул на этом тушняке. – Он порылся в кармане и вытащил пачку

сигарет.

– Угощайся.

Рэй отрицательно помотал головой. Говорить не было сил.

– Вот и хорошо. А то у меня запас остался, если выкуривать по две в день всего на

пять лет. Дай бог здоровья солдатикам. Хотя, какие на хрен солдатики. Ладно, пошли! И

поглядывай за спину, – и он, поправив автомат, уверенно двинулся вперед.

Шли по еле заметной тропинке. Под ногами лопались маленькие коробочки местной

травы, разбрызгивая терпкий фиолетовый сок. Время от времени попадались мясистые цветы

похожие на морских звезд. Рэй на всякий случай перешагивал через них. Когда же он

разглядел обычный подорожник, то сердце немного оттаяло. Еще не вся земная флора сдалась

на милость победителей. Потом он увидел молодые одуванчики и ростки клевера. И в голове

мелькнула мысль, что раз растения не сдаются, то и люди наверняка тоже. Уже, наверное,

придумали какое-нибудь оружие и погонят скоро эту нечисть обратно в ихние болота или где

там эти жабы прописаны. Стас как будто уловил смену его настроения и бросил через плечо:

– Сейчас март, поэтому наших растений почти нет. Но вскоре здесь развернется

настоящая битва.

Тропинка пошла в гору и вскоре они, то и дело, поскальзываясь на влажном мху,

оказались на небольшом холме, откуда хорошо просматривались окрестности. Пестрый луг

простирался до темнеющего в километре от них лесного массива. Справа, виднелись

постройки военного гарнизона, основательно поросшие псевдоплющом. Слева раскинулось

приличных размеров озеро, которое по мере удаления переходило в болото, покрытое

длинными щупальцами розоватой тины. Водная рябь создавала реалистичную картину, словно

огромный спрут всплыл на мелководье и шевелил бескостными конечностями.

– Эх, погодка отличная! – Стас потянулся, раскинув руки. Снял респиратор. – Обычно

идет дождь. Идет и идет. А такие деньки редкие. Красота! – он повернулся к Рэю. – Ты

плавать умеешь?

– Да.

– Рука не болит? Ну-ка подними.

Рэй поднял и опустил. Рука двигалась нормально.

– Ладно, сейчас спустимся к озеру, там кряква водится. Я подстрелю, а ты принесешь.

Согласен?

– Без проблем, - кивнул Рэй.

Камыш был обыкновенным, земным, а вода вблизи все равно имела неестественный,

чуть розоватый цвет. Под ногами захлюпало. Хорошо, что они перед вылазкой переоделись в

забродные резиновые сапоги. Стас махнул рукой и чуть присев, замер.

– Раздевайся, - шепнул он Рэю.

63

Тот послушно снял одежду со снаряжением и ступил босыми ногами в илистое дно.

Вода была прохладной, а жижа, в которую зарылись ноги, чуть теплой, обволакивающей. Рэй

вспомнил свои детские купания в пруду в деревне у бабушки. Тогда также светило солнце, и

он, как и сейчас шел по илистому дну безымянного пруда, стараясь быстрее зайти на глубину

и поплыть. Приятные воспоминания оборвало вибрирующее жужжание. Прямо перед ним на

маковку камыша уселась одна из тех красноголовых птичек. Рэй присмотрелся к ней и от

удивления вытаращил глаза. Это скорее была не птичка, а помесь паука и стрекозы. Четыре

маленьких глаза глядели розовыми бусинками. Покрытое серым пушком тельце дрожало и

подрагивало. Кожистые крылышки постоянно трепыхались, помогая насекомому удерживать

равновесие. Впереди раздался резкий хлопок.

Звук выстрела, даже смодерированный глушителем, прозвучал достаточно громко,

распугав утиную семью. Они закрякали и поднялись в воздух. Стас, уже не таясь, встав в

полный рост, одиночными всаживал в улепетывающих на всех парах пернатых-

водоплавающих.

– Давай, вон там, - он показал направление.

Рэй забежал в воду и поплыл за двумя кряквами, которые остались на воде. Одна из