Большим пальцем он ласкал основание моей шеи, угрожая и дразня одновременно.

— Той ночью ты выиграла. Мы оба знаем это. Но ты не сможешь выиграть сегодня. Сегодня мой день. Сегодня... ты повинуешься.

Я не могла дышать. Его рот опустился так близко к моему, опьяняя ожиданием поцелуя.

Он мучил меня иллюзией поцелуя с тех пор, как мы встретились: в кафе, у конюшен, когда я извивалась на его пальцах, и теперь здесь. Его губы были на расстоянии волоска от того, чтобы заклеймить мои. Его дыхание пахло мятой и грехом, а его пальцы впились в мою шею со всеми его скрытыми желаниями.

Поцелуй мог разрушить ледяную стену, которую он выстроил вокруг себя.

Я придвинулась ближе, пытаясь захватить его рот.

Он отстранился, цокнув языком.

— Ты такая нетерпеливая, мисс Уивер. Если бы я не понимал все так прекрасно, я бы сказал, что тебе нравится мой вкус. — Он нахмурился, его глаза потемнели. — Кажется, ты наслаждалась тем, что я выстрелил в твое горло там в лесу.

Так вот как он хотел поиграть? Прекрасно. Я могу играть грязно. Мне не осталось ничего, кроме как сорвать иллюзию невинной швеи и вступить в эту нелепую войну. Я хотела кувыркаться в пыли и грязи. Я встречусь с ним на поле битвы и не отступлю.

— Я наслаждалась этим. Но не настолько, насколько ты наслаждался тем, когда запихивал свой язык глубоко внутрь меня, — притворно улыбнувшись, я прошептала: — Признайся в этом, Джетро... признайся, что твой рот наполняется слюной от желания попробовать меня еще раз. Могу поспорить, что твой член твердый прямо сейчас, от мысли двинуться туда, где были твои удачливые губки. — Меня трясло от странной смеси страха и уверенности. — Знаешь, а ты можешь сделать это. Я не остановлю тебя. Вообще-то, если хочешь знать правду — темную, скрытую, горькую правду — я хочу, чтобы ты трахнул меня. Я хочу почувствовать, как ты заполняешь меня, толкаешься в меня, до боли растягиваешь. Хочешь знать, почему?

Каким-то образом я начала это представление, чтобы забраться ему под кожу, но успешно забралась под свою собственную. Мое дыхание стало тяжелым. Кожу покалывало от желания. А моя киска истекала влагой.

Губы Джетро приоткрылись, его пальцы все крепче впивались в мою кожу.

— Я знаю, что ты делаешь. И нет, я не хочу знать, почему.

Воздух накалился и казался слишком горячим от нашего явного желания.

— Мне плевать. Я все равно скажу. — Облизнув губы, я прошептала: — Я хочу, чтобы ты трахнул меня, Джетро Хоук и увидел, что ты можешь владеть моим телом, но никогда не будешь владеть моей душой. Взяв меня, ты, наконец, осознаешь, что из нас двоих, я сильнее. Что я могу заставить тебя хотеть меня.

Рискуя своей жизнью, я вытянула руку и положила ладонь на его щеку.

Он вздрогнул, но не отстранился.

— В тот момент, когда ты заполнишь меня, ты увидишь. В тот момент, когда ты пометишь меня своей спермой, ты будешь полностью в моей власти. Я буду владеть тобой. Уивер будет обладать зверушкой Хоук (прим. перев. англ. Hawk (Хоук) — ястреб).

И когда я схвачу и ослеплю его, я буду использовать хищную птицу, чтобы охотиться от своего имени. Я обучу его разрывать сердца моих врагов и повиноваться моему каждому желанию. Потому что я покончила с тем, чтобы мной управляли. Я прекратила быть той девочкой.

Я несокрушима.

Нас накрыла тяжелая тишина. Мы оба не двигались, наше дыхание неустойчивое и порывистое.

Потом Джетро отпустил меня и отошел.

— Самоуверенность в конце причинит только боль.

Задняя часть моей шеи покалывала в том месте, где он держал меня.

— Думаю, мы еще посмотрим. К тому же ты не планируешь спать со мной.

Игнорируя это, он схватил меня за запястье и потащил к двери.

— Достаточно, мне надоели твои игры.

Я поплелась позади него, следуя по пятам за его гневом.

— Куда мы?

Его голос превратился в шипение.

— Для начала, я преподам тебе урок истории, а затем...

Мое сердце ушло в пятки, когда он открыл двери и вытащил меня в коридор.

Я не могла остановить себя и спросила:

— Затем?

Жестоко улыбнувшись, он ответил:

— Затем придет время расплаты. Сегодня твой Первый Долг, мисс Уивер. Долг по наследству начался. 

Пошло все на хрен к чертям собачьим.

В первый раз за всю мою жизнь, мне потребовалось так много времени, чтобы восстановить свою ледяную раковину, которая скрывала меня и мои чувства. Это вымотало меня намного больше, чем даже первый урок, который преподал мне мой отец.

Но Нила чертова Уивер в течение каких-то десяти минут смогла обнаружить маленькую трещинку и, используя слова, словно лом, сделала ее более объемной, чем раньше.

Только для нее хуже, сегодня я не сдамся. Сегодня у меня есть дела — выполнить свои обязанности, — и я попытаюсь исполнить все с максимальной отдачей. Если я этого не сделаю, все увидят тайное. И каждый узнает, что первенец Хоук слаб.