Следующий.

Свирепого вида качок в заблеванном скафандре. Лицо зеленовато-землистое. Забрало гермошлема лопнуло и высыпалось гранулами. На рассеченной щеке запеклась кровь.

Никнейм «Vandal».

Разговаривать некогда. Повторяю трюк с панелькой экстренной помощи. Чувствую, за желтоватой пеленой испарений нас ждет суровый прием.

Найвел уже немного очухался, слышу, как он шумно сопит, пробираясь следом.

— Лейтенант, помоги бойцу! Живо!

Да, плевать мне на заявленные адмиралом Хигсом правила! Знаю, за грубость и нарушение субординации полагается штраф, но опыт мне не порезали, вместо этого появилось весьма любопытное сообщение:

«Старший по званию офицер подчинился отданному вами приказу. Доступна новая характеристика: Харизма. Чем выше ее показатель, тем охотнее к вам присоединятся другие игроки. У некоторых НПС-персонажей станут доступны уникальные задания…»

Дальше не читаю. Проходили. Движением зрачков принимаю новую характеристику. Обновление разработчики толковое установили. Откровенно радует, что развитие персонажа теперь напрямую зависит от совершаемых игроком действий.

Найвел недобро взглянул на меня, но полученный приказ выполнил: подобрал тяжелый импульсный пулемет (штатное оружие Вандала) помог тому встать, я же направился дальше, осматривая десантные ячейки.

Четвертым выжившим оказался высокий, сухопарый парень. Чем-то он мне хаашей напомнил, сразу же заслужив симпатию.

Никнейм «Fogel».

— Ногу придавило, — не дожидаясь вопросов, сипло выдавил он. Держится парень неплохо. По крайней мере, боль терпит, и страх старается подавить.

Хватаюсь за дуги смятого каркаса, с трудом разжимаю их.

— Давай руку! Пробуй встать! Надо уходить!

— Больно… — Фогель скрипнул зубами. — Суки, хоть бы фильтры ощущений отключили…

Наш корабль тем временем быстро наполняется водой.

— Вандал, Найвел, живо собирайте расходники, боеприпасы, ремкоплекты, энергоблоки! Хватайте как можно больше, все что под руку попадется и наружу, в темпе!

Подтверждая правоту моих слов, раздался протяжный скрежет, пол десантного отсека заметно накренился, остро пахнущая химикатами вода устремилась в сторону кабины управления. На самом деле болото не такое уж мелкое, нам просто повезло: напоролись при крушении на подводную возвышенность, но сейчас корабль начал сползать по ее отлогому склону, грозя кануть в трясине.

Наружу выбрались, помогая друг другу.

Я первым спрыгнул в мутную жижу, погрузился в нее выше пояса. Края болот не видно, все потонуло в плотном, желтоватом радиоактивном тумане. Реактор десантного корабля раскален, яркое пятно четко воспринимается датчиками «синапса», потревоженная топь исходится пузырями. Коричневатая маслянистая поверхность, густо заросшая какими-то переплетенными между собой водорослями, бугрится пологими волнами.

Найвел затравленно озирается. Вандал все еще в шоке, — улыбается безбашенно и свирепо. Фогель бледен, в лице ни кровинки. Метаболиты помогли справиться с болью, но двигается он с трудом.

— Уходим! Туда! — я жестом указал направление.

— А че раскомандовался-то? — Вандал покосился на лейтенанта, ища поддержки, но тот молчит.

Я лишь пожал плечами.

— Хочешь, иди сам. Куда вздумается.

— Эй, хорош препираться! — Фогель предсказуемо проявил характер. — Я лично ничего не вижу! А ты? — он болезненно поморщился, взглянул на лейтенанта.

Тот отрицательно покачал головой:

— У меня датчики не работают из-за радиации!

— Да уж, отстойный шмот! — Вандал сплюнул в грязь, благо выбитое забрало шлема этому не препятствовало. — Я туда пойду! — он указал в направлении трясины. — Кто со мной?

— Андр, — у меня заработал приват. — Ты точно знаешь, куда надо идти? — спросил лейтенант.

— Запомнил направление, когда падали, — я пока не готов рассказывать об истинных возможностях своих имплантов.

— Уверен?

— Абсолютно.

— Тогда веди, — он переключился на общую связь и повторил, теперь уже для всех: — Идем за Андром! Выберемся на берег, там разберемся!

Вскоре радиоактивное облако испарений осталось позади.

Думалось мне, что болота везде одинаковые, но это удивило, словно геймдизайнеры, которых часто поминал недобрым словом за скупость и однообразие интерьеров космических станций, решили в кои то веки блеснуть фантазией.

Веду группу извилистым маршрутом, нащупывая сканерами достаточно широкий выступ скальных пород. Бредем по колено в зловонной жиже. Справа и слева — топь. Сквозь упругий ковер коричневатых водорослей прорастают замысловатые образования: скрученные петлями, возвышающиеся арками одеревеневшие стволы усеяны ядовито-желтыми пушистыми шарами, от которых в нашу сторону то и дело выстреливает облачка спор.

Датчики биологической опасности нервно попискивают. Пришлось загерметизировать шлемы, расходуя ресурсы скафандров. Вандалу после первого знакомства с микроскопическими агрессорами срочно заменили разбитое забрало, благо среди схваченных второпях припасов нашлись и запасные части к экипировке.