–  Может, он под ногами у нас валяется?
– предположил Белкин и протянул зажигалку Пирогову.
– Давай, свети!

–  А почему я?
– Пирогов вдруг проявил нехарактерное для него упрямство и, сунув руки в карманы, попятился.

–  Дай зажигалку мне!
– не выдержала Ирина.
– Вы уже сходите с ума, милые мои однокласснички!

Она взяла из рук Белкина зажигалку и высекла огонь.

–  Я не схожу с ума, - пытался объяснить свою позицию Пирогов.
– Просто я не люблю, когда мне приказывают.

–  И давно ты перестал это любить?
– усмехнулся Вешний.

–  Только что!
– огрызнулся Пирогов.

–  Вы посмотрите на нашего шибздика!
– воскликнул Вешний и деланно расхохотался.
– Он начинает проявлять характер! Не прошло и пятнадцати лет!

–  А ты как был козлом кучерявым, так им и остался!
– ответил Пирогов и, словно ожидая наказания, насупился и втянул голову в плечи.

Никто не ожидал от Пирогова такой несвойственной ему агрессии и смелости.

–  Что-о?
– протянул Вешний и попытался схватить Пирогова за грудки, но между ними вдруг оказалась Ирина.

–  Идиоты!
– прошипела она.
– Вы для своих разборок другого времени найти не можете? Рядом с нами лежит труп Земцова! И мы все сейчас, может быть, на прицеле у маньяка!

–  Может быть, - согласился Пирогов.
– Просто я хочу всех на всякий случай предупредить: Вешний врет и не краснеет. И доверия к такому человеку не может быть.

–  Да прикрой рот, сморчок, а то сопли к ботинкам примерзнут!
– вспылил Вешний и снова сделал движение в сторону Пирогова, будто намеревался ударить его.

–  А что, разве я не прав?
– не на шутку разошелся Пирогов.
– Ну-ка, расскажи всем, когда ты в Чечне был?.. Молчишь? Сказать нечего?

–  Кто ты такой, чтобы я перед тобой оправдывался?
– скривился Вешний и плюнул под ноги.
– Уберите его от меня, не то я из него сейчас колобок сделаю!

–  Саша отчаянно избавляется от комплексов детства, - заметила Люда.
– В школе перед Вешним и Земцовым тенью ходил, зато сейчас - орел!

–  Ага, - кивнул Пирогов, взглянув на Люду.
– Может быть, у меня и были комплексы. Зато ты как была шваброй, так ею и осталась - пользовался тобой, кто хотел. А еще на Иру бочку катишь. Да ты ей в подметки не годишься и от зависти кусаешь всех подряд - то меня, то Земцова…

Ирина ахнула, хлопнула в ладоши и покачала головой:

–  Батюшки, что он говорит!

–  Давай, давай, старайся, - кивнула Люда, ничуть не обидевшись.
– Только не пукни от усердия.

Пирогов замолчал и повернулся к одноклассникам спиной, выражая обиду и упрямство. Возможно, он понял, что сгоряча наговорил лишнего, но вернуть слова было невозможно.

–  Ты думаешь, что говоришь?
– пробормотал Белкин, ковыряя носком ботинка снег.
– При чем здесь Люда?

–  Все, - насмешливо произнесла Ирина.
– Докатились до взаимных упреков. Давайте окончательно переругаемся, и тогда этому обиженному вкладчику совсем нетрудно будет перестрелять нас поодиночке.

–  А ты чего волнуешься?
– спросила Люда.
– Тебя он точно убьет последней… Если, конечно, вообще убьет.

–  Вот-вот, - кивнула Ирина.
– Я именно об этом и говорю… Как хотите, а у меня замерзли ноги, и я хочу в теплую постель.

–  Правильно!
– поддержал Пирогов и пошел за Ириной следом.

–  Не нравится мне этот шибздик, - произнес Вешний, глядя на удаляющегося Пирогова.

–  Ну не стойте же, идите!
– сказала Люда, и только сейчас в ее голосе можно было заметить раздражение.

–  А почему мы должны идти?
– пожал плечами Вешний.

–  Ну, тогда пилите замок. Или срывайте его монтировкой!

Предложение повисло в воздухе. Вешний и Белкин недолго смотрели на дом с желтыми квадратами окон, на кухню и сарай, и оба думали о том, как теперь уйти, чтобы не показать свою трусость. Белкин с презрением буркнул: «Связался же я с вами!» - и неторопливо пошел по тропе.

–  Замерзнешь, - изобразила заботу Люда и, не дождавшись от Вешнего слов возражения или согласия, вздохнула, покачала головой и пошла за Белкиным.

Вешний взглядом провожал темные фигуры до тех пор, пока они не скрылись за углом дома. Он приблизился к трупу, присел на корточки, посмотрел на страшную рану.

–  Спи спокойно, дорогой товарищ, - веселым тоном прошептал он и вынул из кармана невостребованный платок. Разложив его на ладони, он взялся за конец монтировки, торчащий из снега, выдернул ее, все еще липкую, и закинул за частокол.