– Погода меняется, - заметила Немо.
– Все дни до этого солнце светило, а сейчас пасмурно. Может, это настоящий ветер перемен? Как в песне из фильма про Мери Поппинс…

– Перечитывала на днях со скуки? – передразнил Пакость, непохоже копируя ее голос.

Немо откровенно смутилась. Белые щеки, частично скрытые темными прядями, порозовели.

– Правильно Спящая сказала, ищи себе другое место дислокации.

– Да ну… Мне там хорошо.

Ветер снова подул, на этот раз на самом деле принеся с собой запах холодного дождя, и Беседка сразу перестала казаться таким удачным местом для ленивой болтовни.

– Пошли, поищем кроссовки Лиса, - предложила Немо, поднимаясь.
– Он сегодня опять босиком бегал. Небось, скажет, что они снова от него убежали.

– Задолбал, - протянул Пакость, забирая обе чашки, но в голосе его не было даже намека на раздражение.
– Клеем их к нему приклеить или как?

– Отдерет и снова потеряет.

Тучи медленно заполняли небо, складываясь над ними в одно сплошное серое одеяло, закрывающее собой белый дневной свет.

Глава 8

Тьма и свет. «Пусть он тебя охраняет»

Дождь припустил неожиданно. Небо, хмурившееся еще с полудня, неожиданно разрыдалось, обрушив на старую шиферную крышу корпуса миллионы холодных капель. Лишенная ритма хаотичная дробь пробилась сквозь рокот ударных и гитарные соло, звучавшие в голове Кита, вырвав его из неглубокой дремы.

Незнакомая пустая комната, отвратительно казенная и скучная, тонула в сгущающихся сумерках. Она не понравилась ему как-то с самого начала. Четыре старые кровати со скрученными улитками матрасов и треугольниками подушек сверху стояли вдоль стен, по две с каждой стороны, между ними – четыре одинаковых тумбочки с остатками наклеек и встроенный в стену шкаф у двери, напротив него - большое окно с синими шторами.

Матрас был практически не пыльный и лежал так самое большее - неделю, то же самое касалось и подушки. Развернув тяжелый полосатый рулет, Кит обнаружил внутри шерстяное одеяло и комплект постельного белья – первое виденное им свидетельство того, что загадочные Старшие готовили лагерь к их приезду. И не сказать, что это его порадовало. Старые страхи снова напомнили о себе.

Волновало и другое. В единственном приспособленном для жизни корпусе открыто было только одно это левое крыло на втором этаже с двенадцатью комнатами. Комнаты, наверняка, были стандартные, и если учесть то, что он мог выбирать любую, готовые для приезжих. Лагерь был готов принять сорок восемь человек. Совершенно ненормальных сорок восемь человек наподобие Пакости или того же Лиса. От одной этой мысли Киту сделалось не по себе. Теперь он очень надеялся, что стал последним жителем этого странного места.

Выходить и сталкиваться с кем-то не хотелось. Разбор вещей занял всего пару минут, он брал с собой только самое необходимое. Откопав зарядное от мобильного и наушники, Кит плюхнулся на кровать справа у окна и… выпал из жизни. Разбудил его этот самый дождь.

Он не стал подниматься сразу. Лежал, крутя в пальцах наушники, и слушал, как шумит вода за тусклыми стеклами. В самом корпусе было подозрительно тихо. Ни скрипа дверей, ни шагов, ни приглушенных голосов. Давящая пугающая тишина, уж слишком правильная и уместная в таком вот заброшенном месте, покой которого нарушила кучка беглецов от реального мира, невольно заставляла прислушиваться. Ничего. Только дождь.

Кит поднялся, нашарил на полу сброшенные кроссовки и выглянул в темный коридор. Белые двери комнат были плотно закрыты, и ни под одной из них не желтела полоска света. Лагерь поглотил нарушивших царившую в нем много лет тишину, как озерная гладь камень – короткая рябь, и словно и не было никогда.

«Если это какая-то идиотская шутка…»

Напряженно прислушиваясь, он прошелся туда и обратно, посмотрел в окно на поливаемый дождем сосновый лес. Не то, чтоб он хотел встречаться с кем-то из них, но знать, что они где-то рядом, за стенкой, было бы намного проще, чем остаться вот так один на один с дождем и зловещей тишиной.

«Завеялись где-то всей толпой…»

Эта мысль его не сильно успокоила, но так можно было отогнать нахлынувшую панику. Непривычная обстановка, странные условия и толпа незнакомцев - это было слишком для него. Кит вернулся к себе, раздраженно щелкнул выключателем… и невольно пригнулся. Хлопок, раздавшийся под потолком, был такой, что стекла задрожали. Коротко полыхнула голубая молния, и то, что еще мгновенье назад было лампочкой, разлетелось по полу.

Киту внезапно как наяву увиделась ухмылка Пакости. Не об этом ли его предупреждали? Хотя… С чего ему верить бредням чудаковатого Лиса и заверениям незнакомой похожей на призрака девчонки по поводу сглаза? Может, у них это развод для новичков…

Тихо ругаясь себе под нос, Кит проверил на устойчивость ближайшую кровать (хорошо, что дно под матрасом было твердое, а не из сетки), взобрался на нее с ногами и потянулся к черному пустому патрону. Щурясь в сумерках, он разглядел застрявший в нем блестящий цоколь с ножкой в центре. Пострадавшие электроды торчали из глубины тараканьими усами.

Мобильный остался на дальней кровати, и идти за ним, чтобы посветить, было лень. Кит протянул руку к патрону, одновременно с этим подумав, что вот так лезть пальцами - не очень хорошая идея и надо бы сначала вырубить электрику… Новая вспышка ослепила и оглушила. Полусекундное онемение. Глухой удар, и Кит додумывал эту мысль уже лежа на спине и пялясь в потолок. Правая кисть онемела от укуса тока, и он нервно растер ее, прислушиваясь к себе – ничего ли не сломал. Сердце стучало где-то в трахее.