– Но... у него такое лицо страшное на свадьбе было...

– Сама пугаюсь, когда вспоминаю, - закивала Рафуша.
– Юрка вчера был на себя вообще не похож. Подурнел, постарел... Гы! Но, думаю, Липка его в чувство приведет. Юрка ведь на работу улетел?

– Да. А как ты догадалась?

– Я своего брата родного что ли не знаю? У Юрки чуть какая трагедия в жизни, дилемма, вопрос или просто скверное настроение, он сразу же в канцелярию уматывает, прятаться от проблем. Ну и решать их по мере сил. Костя Липка его привечает, дает некий полезный совет, и к вечеру Юрка снова мил и приветлив.

– Они дружат, да?
– уточнила Даша. Ей не верилось, что хитрющий интриган Костэн Лэй с наивными глазами вообще может иметь друзей.

– Еще как! Уже лет пять. Сначала Костя Юрку курировал как стажера, а после их первого общего задания они сдружились. И не мудрено, задание ого-го какое было! Юрку чуть живьем не закопали, а Костя успел в последний момент. Им за это по медали выдали.

У Даши от таких сведений голова шла кругом. Кто же он такой на самом деле, ее нежеланный муж? Неужели первое впечатление оказалось настолько неверным? И не стыдно ли той, что метит в четырнадцатый корпус тайной канцелярии, допускать подобные ошибки? Лучше никому, кроме Рафуши, про это не рассказывать. И от нее же разведать как можно больше, чтобы впоследствии не садиться в лужу.

– Рафуша, - нежно осведомилась Даша, - ты любишь эклеры?

– Гы! А еще пирожные, конфеты и подслащенный лед, - доложила девочка.

– Тогда пойдем в гостиную, будем лакомиться и пить горячий укропник. А ты мне побольше расскажешь о Юрке, ведь я его совсем не знаю.

Рафуша оставила наполовину разобранный горшок, отряхнула запыленные иссохшей землей руки и украдкой вытерла их о низ подола. Ее личико озарила счастливая обаятельная улыбка. И Даша подумала, что в любом случае угостила бы это маленькое солнышко эклерами, будь оно даже случайной девочкой с улицы, а не обладательницей ценных сведений о повадках мужа.

***

Сильно пригорюнившись и понурив гудящую голову, Юрген сидел на низком крылечке здания четырнадцатого корпуса, обнимая стоящую между ногами белую доску и опираясь на нее всем весом. Лететь никуда не хотелось, вопреки всем разумным доводам коллег. Видеть родителей было почему-то стыдно и неприятно, жену - тошно. А возвращаться в кабинет - глупо. Юра чувствовал себя несчастным, одиноким и очень больным. К его плечу прикоснулась по-сильфийски легкая рука. Обычно Юра, в отличие от прочих сотрудников канцелярии и тем более простых обывателей, всегда слышал невесомую и беззвучную Липкину поступь. Но сейчас он настолько ушел в себя и свои проблемы, что не обратил бы внимание даже на громкий перестук каблучков какой-нибудь секретарши.

– Хорошо, что я тебя застал здесь, - Липка сел рядом, держа собственную доску - скоростную, серебристого маскировочного цвета. Новая, секретная разработка, ни у кого таких пока нет. Костэну всегда доверяли испытывать экспериментальные модели, ведь он непревзойденный летун. И, конечно, лукавил тогда, в кабинете, говоря, что Дарьянэ управляется с доской лучше него.

– Липка, я запутался, - признался Юра.
– И растерялся. И жену свою видеть не хочу, какой бы умницей она ни была.

– Это потому, что свои личные дела все переживают очень глубоко, - сказал друг.
– Случись такая каша в жизни с кем-либо другим, ты мигом бы понял, что к чему, и откуда следует начать. Взгляни на свои неурядицы отвлеченно, без лишних эмоций.

– Не могу.

– Учись. В будущем пригодится. Думаешь, это твоя последняя встряска? Вот прямо сейчас, не сходя с этого крыльца, и начинай.

– А может, в другой раз? Голова болит.

– Так и не прошла?

– Ну... если сравнивать с тем, что было...

– Юрка, а полетели ко мне, - Костя красноречиво хлопнул рукой по своей доске.
– На тебя глядеть - сердце сжимается. Хочется наконец-то дать тебе спокойно выспаться и нормально подумать. Этим и займемся. Вставай.

– Липка, что бы я без тебя делал, - даже радость у Юры вышла какой-то вялой. Но искренней.

– Да куда ты на свою доску садишься! Сначала с моей скрепи, в связке полетим. Так я, по крайней мере, буду уверен, что ты не завихляешь, не отклонишься в сторону и не угодишь в случайный штопор. Не возражай, я знаю, что ты замечательно летаешь, но так мне будет спокойней.

– А ты от личного отстранись, - со слабым ехидством посоветовал Юра.
– И успокоишься.

– Я не за тебя волнуюсь, - Липка состроил свою фирменную наивную рожу, - а за твои незаконченные проекты. Все рационально, ничего личного.

При упоминании проектов Юргену резко полегчало. Сразу вспомнилось, что кроме свадьбы и прочих семейных дел существует еще и любимая работа, свет в окошке. И значит, жизнь продолжается. Хотя бы до тех пор, пока упомянутые проекты не закончены. А там начальство новые подкинет. Красота!

Костэн Лэй жил в большом четырехэтажном особняке, недалеко от принамкской границы. На работу Липке приходилось летать почти через все Холмы. Он жил не один - вместе с прадедом по отцовской линии, заслуженным агентом тайной канцелярии. Юра раньше никогда не бывал у друга в гостях, а потому высокий чуть сгорбленный сильф с залысинами на лбу, вышедший навстречу, произвел на юношу изрядное впечатление.