Однако отступление состоялось, и оставшиеся гномы населили мир, уже не являвшийся их собственностью. Обитая в жилищах людей в качестве гостей, они испытывали потребность добиваться благосклонности путем яростной защиты интересов своих хозяев. Существует много рассказов о брауни и ниссе, наказывавших ленивых служанок и вороватых наемных рабочих. Все это совершалось только для процветания хозяина дома. Гномы-предки также наказывали несправедливость, проявленную людьми, но при этом беспристрастно оценивали с позиции силы. Гнев потомков служил лишь одной цели — добиться благосклонности человека-хозяина — и тем самым являлся актом слабости.

Существовал еще один признак вырождения гномов как народа. Их индивидуальные привязанности к людям служили причиной возникновения конфликтов с себе подобными. Когда на кону стояли интересы людей-хозяев, гномы частенько становились помощниками приютившего их человека. Например, в Дании, ниссе, обитавший на ферме, где закончилось зерно, вполне мог украсть его из соседнего хозяйства. Если эта ферма, в свою очередь, охранялась бдительным гномом, то результатом обычно являлась грубая склока. Иногда ссорящиеся гномы призывали на помощь древние магические силы, и тогда их битва внушала ужас.

Датчане рассказывают о споре, вспыхнувшем во время засухи, когда плодородные земли Ютландии покрылись трещинами. Ниссе с близлежащих ферм, опасаясь голодной зимы, занялись воровством. Каждый по ночам запускал лапу в кладовку другого. Поначалу гномы ничего не подозревали, хотя вскоре заметили, что их усилия не приносят никакой прибыли родным фермам. Запасы зерна, казалось, постоянно уменьшались, несмотря на то, что гномы прикладывали все усилия для их увеличения. И вот однажды ночью они встретились посреди дороги, каждый нагруженный тяжелой добычей. В мгновение ока они сбросили с плеч поклажу и набросились друг на друга, нанося яростные удары. Когда драка окончилась, в пыли остался лежать избитый гном. Его серые одежды были порваны, а красный колпачок отлетел в сторону. Победитель направился домой, кряхтя под двойной тяжестью.

Поверженный ниссе уныло поплелся на ферму, где, предприняв самый невероятный шаг, проскользнул в шалаш наемного конюха, чтобы разбудить того. Человек резко вскочил. Он знал, что на ферме обитает гном, но был удивлен, столкнувшись с духом лицом к лицу. Гном присел у койки работника, лицо его оставалось в тени, и только глаза яростно сверкали. Он объяснил, что случилось, горячим шепотом, а также поведал, что должно случиться затем.

Соперник обязательно вернется, чтобы довершить начатую месть. В этом гном был уверен, как и в том, что битва на этот раз будет суровой. И теперь за помощь, оказанную работнику в чистке конюшен и по уходу за лошадьми, он попросил ему помочь. Гном объяснил, что завтра около полуночи возле сарая появится пылающее колесо от фургона — это будет враждебный ниссе. Сам гном выкатится в том же обличье, но только с восемью спицами против двенадцати спиц противника. «Ожидай у дверей сарая с вилами, — попросил гном, — и, когда враг набросится на меня, взмахни вилами и выбей его спины. Если он будет побежден, этой ферме обеспечено процветание, но если проиграю я, наше благополучие закончится. А без моей помощи вы уже не сможете трудиться, как раньше». Мужчина кивнул, а гном исчез в ночной тени.

На следующую ночь мужчина притаился во дворе, сжимая вилы в руке и тревожно вглядываясь в темноту. Ночь выдалась тихая и спокойная, а вечерние звезды мирно сияли над темной кромкой леса. И вдруг на подъеме появилась вспышка пламени, пересекла склон холма и исчезла, скрытая деревьями. Внезапно она вновь появилась. Это было колесо, охваченное пламенем, отбрасывающее снопы искр, оно катилось по булыжникам к сараю.

В то же мгновение яркое сияние вспыхнуло на земле у двери сарая, словно пожар, вырвавшийся изнутри. Затем охваченное пламенем колесо меньшего размера с восемью спицами выкатилось из дверей во двор, преграждая путь захватчику. Колеса столкнулись с ужасающим треском. Пламя вспыхнуло еще ярче, и маленькое колесо перевернулось на ступицу, все еще лениво вращаясь. Две спицы оказались сломанными.

Катившееся большое колесо вздрогнуло от удара, замедляя ход. Тогда работник понял, что шанса упускать нельзя. Он выпрыгнул из кустов и бросился в бушующий жар и пламя. Изо всех сил размахивая вилами, он бил по двенадцати спицам колеса, срубая их одну за другой.

За спиной человека послышался треск злобствующего пламени, и вновь поднявшееся маленькое колесо пронеслось мимо него, врезавшись в избитого врага и заставив того суматошно крутиться по двору. Внезапно большое колесо рас таяло в воздухе. Оно подпрыгнуло вверх, словно метеор, возвращавшийся на свою орбиту, мелькнуло оранжевой точкой среди бело-голубых звезд и исчезло. Когда, наконец, изумленный взгляд работника обратился к земле, второе огненное колесо также исчезло.

Однако прямо из глубины сарая донеслось прерывистое дыхание. Там стоял ухмылявшийся ниссе. Его седые волосы были всклокочены, а одежда пропитана гарью. Спустя мгновение, он ринулся в темный уголок сарая, и больше работник его никогда не видел. Однако кладовая оставалась наполненной даже в самые суровые годы, в то время как удача неуклонно изменяла соседней ферме, а пропавший враг ниссе так никогда и не вернулся.

Хотя преданность ниссе людям основывалась на корыстных интересах, эти узы могли обрести глубокие корни — естественный результат тесных взаимоотношений, сложившихся в жизни людей и гномов-помощников. Так, например, некий шотландский брауни прислуживал прекрасной дочери землевладельца. Он не только помогал девушке надевать платье и приводил в порядок гардероб, но и выполнял роль доверенного лица. Когда девушка оглядывала близлежащие болота, испытывая печаль или нараставшую тоску, она произносила тихие слова в камин. Вскоре один из камней холодной кладки очага раскрывался и оттуда появлялся гном, облаченный в коричневые одеяния и с такой густой бородой, что видны были лишь глаза. Карлик едва достигал ее колена.