Я не сдержала умиленной улыбки, но отвернулась, чтоб не оскорбить ею своего юного защитника.

Едва солнце село, воздух вновь наполнился свежим морозным запахом, а изо рта шел пар при выдохе. Пальцы закоченели, и я с трудом застегнула жакет на все пуговицы, после чего незамедлительно спрятала руки в карманы брюк.

— Уна, не мерзните, идите в каюту, — посоветовал подошедший к нам Аксан, — Это может затянуться и до утра, — негромко вздохнул он, глядя в сторону зловеще мерцающих в темноте огней.

— Элгар отправился туда… — вполголоса сообщила я, хмурясь.

— Волнуешься за него? — грустно улыбнулся вампир, но я ответила ему прямым гневным взглядом, — Извини, — развел руками Аксан, — Я лишь говорю то, что вижу.

— Я волнуюсь за всех нас, — быстро отчеканила я, — Просто не понимаю, зачем он пошел один.

— Может потому, что Эл — единственный законный наследник этих земель? — спокойно парировал Аксан, и его уверенность начала потихоньку передаваться мне, — Не беспокойся, Уна. Кто бы там ни был… за исключением, конечно, Эгромов… Эл сможет за себя постоять.

— А если там они?! — возмущенно выдохнула я, но тут же осеклась, заметив смеющиеся глаза друга.

— Я говорил тебе, они слишком устали от своей вечной жизни. Ничто не вытащит их из Долины забвения, за исключением, пожалуй что, конца света.

Я сжала плечи, цепенея от очередного ледяного порыва с моря, скосилась на Хотара, но тот стоял прямо, в расстегнутой нараспашку байковой рубашке Эла, и, казалось, совершенно не ощущал никакого дискомфорта.

— Идите, Уна, идите, — настойчиво повторил Аксан, касаясь моих замерзших плеч, — Я сообщу, если что-то изменится, — пообещал он.

Я сдалась под давлением логики и холода, но не ожидала, что мальчишку будет так легко уговорить. Хотар и не думал возражать. Вероятно, на полном серьезе вжился в роль моего телохранителя. В каюте он пропустил меня вперед, сам запер дверь и с разбегу плюхнулся на свою постель, возвращаясь из образа обратно в детство. Я глубоко вздохнула, прогоняя тревожные мысли, присела на край, рядом с мальчишкой.

— Ун, а ты будешь д-раться? — с вдохновением спросил Хотар, буравя меня внимательным взглядом.

— Я все еще надеюсь, что не придется, — осадила я, хмурясь на его боевой настрой.

— Ну, а если пг-ридется? Ты готова? — не унимался мальчишка, ерзая на покрывале.

— Хотар, нельзя быть таким кровожадным, — покачала головой я, рискуя стать в его глазах занудной трусихой, — Физическая сила — последний аргумент. Она есть у тебя априори, но это… настолько важный козырь, что применять его следует лишь в самом крайнем случае, понимаешь?.. — попыталась оправдаться я.

Мальчишка отвел глаза и на минуту впал в задумчивый ступор. Я уже было испугалась, что навсегда потеряла его уважение этим поучением, но Хотар наконец вздохнул и тихо прокомментировал:

— Ты говог-ришь, как мама… гово-рила.

Раскрыв рот, я не сразу сообразила, что на такое ответить.

— Хотар… — вкрадчиво позвала я, привлекая его печальный взгляд, — Ты… так и не сказал. Почему капитан спрашивал о ней?

Волчонок помрачнел, отвернулся снова.

— Я не скажу никому. Мы с Элом… больше не общаемся, так что ты можешь спокойно…

— Почему? — оживился он, пытливо ища в моих глазах ответ, — Вы поссо-рились? Это… из-за меня?

— Нет, Хотар. Это не важно, но… ты тут совершенно не причем. Из-за тебя мы до сих пор еще разговариваем, — грустно усмехнулась я, — А так бы давно глотки друг другу перегрызли. И вообще! Не уходи от темы! — с укором заметила я, ущипнув его за бок.

Мальчишка посмеялся, но, осознав, что я просто так не отстану и скоро перейду к пыткам, снова поник.

— Ну, не знаю. Дэ-рэк сказал, что Элга-ру лучше не знать. А если кто-нибудь узнает… то и Эл. А я и так у них тут в немилости, — не по-детски здраво рассудил Хотар.

— Слушай, я не знаю, что уж такого серьезного натворили твои родители, но… одно могу тебе сказать наверняка: ты — это ты, и за них ты не отвечаешь. Элгар в любом случае не даст тебя в обиду. Он дал слово. Да и, насколько я могу судить, в вашем мире не может быть ничего страшнее…

— …чем быть вы-родком? — невозмутимо закончил за меня мальчик, — Ты думаешь?

Я кивнула.

— Если уж у вас это считается преступлением. Да и я, как выяснилось, уголовница… Но, как видишь, пиратов это волнует мало. Даже наоборот, в их глазах это практически достоинство!