Матрос уже не встал.

Измаил потряс его, затем приложил ухо к груди.

– Он умер, – оказал он.

На шее матроса виднелись три красные метки в тех местах, куда вцепились когти зверя.

Снова что-то серое вынырнуло из темноты. Матрос успел всадить в него копье. Существо вырвало копье из рук человека, но само упало на пол мертвым.

Еще тридцать секунд, и новое нападение. На этот раз существо пронеслось у них над головами и исчезло в темноте.

По методу его нападения было ясно, что эти существа будто бы свисают с потолка на нитях.

Измаил медленно сосчитал до двадцати, а затем приказал всем отскочить в сторону. И через десять секунд после этого маневра снова пролетело такое же зловещее существо. Оно пролетело ниже, чем в первый раз, но никого схватить ему не удалось из-за того, что все сменили место.

Вероятно, их тут были тысячи, но все они делали нападение с интервалом в тридцать секунд.

Измаил швырнул факел высоко в воздух. Он летел, рассыпая искры и освещая только тьму, пока не достиг максимальной точки подъема. И тут Измаил увидел какую-то серую массу, из которой тянулись нити. Потолка по-прежнему не было видно.

Измаил не смог разглядеть, но предположил, что нити крепятся к спинам круглых существ с шестью конечностями. Серая масса, которая вбирала в себя все эти нити, по-видимому управляла длиной нитей и, следовательно, расстоянием до жертвы.

Те существа, которые осветили факел, видимо были парализованы его светом. Но когда остались в темноте, продолжили нападения. И каждый раз интервал составлял тридцать секунд.

Измаил тихо приказал команде бежать за ним и в точности повторять его движения: прыгать в сторону, останавливаться, падать на пол.

Отсчет он начал с пятнадцати – решив, что пятнадцать секунд ему хватило, чтобы дать указания. При счете тридцать он прыгнул к упавшему в тридцати футах от него факелу и распластался на полу.

Серое шестиногое существо пролетало над ними и исчезло в темноте.

Измаил вскочил и, считая про себя, бросился бежать дальше. При счете тридцать сделал два больших прыжка влево и упал.

На следующий раз он ударил копьем вверх и промахнулся, лишь слегка задев существо. Измаил снова побежал вперед и увидел его. Существо ковыляло по полу на трех ногах. Остальные были переломаны. Один из матросов швырнул в него факел. Запахло горелым мясом, и это страшилище поджало под себя ноги и умерло. Или сделало вид, что умерло. Измаил решил не оставлять это на произвол судьбы и добил его копьем.

Все это время он не прекращал счета. Так он вел своих людей к выходу из огромной пещеры, который тоже был затянут светящейся паутиной. Измаил сжег паутину и выбрался из пещеры. Одно из существ сделало отчаянную попытку настичь их и, не рассчитав, ударилось о стену. Оно превратилось в лепешку, и зеленоватая слизь потекла по стене на пол. Измаил тихо, но повелительно приказал всем не терять даром времени.

В следующей пещере, казалось, не было ничего кроме темноты. Во всяком случае, брошенный вверх факел не высветил ничего угрожающего. Но бдительность нельзя было терять: потолок все-таки скрывался в темноте.

Измаил бросил взгляд назад, где в темноте мерцала слабым светом паутина, затянувшая отверстие, через которое они вошли сюда. Она была похожа на светящееся окно в темной ночи. Измаил вдруг обнаружил, что не хватает одного из его людей.

– Где Памкамюм? – спросил он.

Остальные оглянулись, затем посмотрели друг на друга.

– Он только что был здесь, – сказал недоуменно Гунрайум.

– Он ведь нес факел, – сказал Измаил. – А теперь он у тебя. Как это случилось?

– Памкамюм попросил подержать факел, – сказал Гунрайум.

А теперь Памкамюм исчез.

Измаил и остальные, держась поближе друг к другу, вернулись к двери. Она снова была затянута паутиной.

Измаил повел отряд обратно, внимательно осматриваясь. Памкамюма нигде не было. Снова он бросил факел в воздух.

И не увидел ничего, кроме… Но Измаил не был уверен.

Он снова бросил факел, изо всех сил, и на этот раз факел выхватил из тьмы, бледно осветил что-то, похожее на две голые ноги.

– Слушай, – сказала Намали.

Все притихли. Измаил слышал ток крови в своих жилах. И еще один звук. Слабый, еле слышный.

– Как будто кто-то жует, – сказала Намали.

– Чавкает, – подтвердил Каркри.

По просьбе Измаила Каркри взял факел и бросил его вверх. Каркри провел всю свою жизнь, бросая гарпун. Факел взлетел высоко вверх и осветил две голые ноги. Они висели в воздухе и медленно поднимались вверх.

Намали ахнула, а остальные стали громко молиться.

– Что-то подхватило Памкамюма и подняло в воздух, когда никто не смотрел на него, – сказал Измаил. Он похолодел, мышцы его сдавило судорогой.