Сестры Намали настаивали на том, чтобы тоже идти в поход. В противном случае, говорили они, счастье отвернется от воинов.

Измаил спорил с ними. Если корабль погибнет, например потерпит крушение, с ним погибнут и будущие матери. И тогда потребуется много времени, чтобы город возродился вновь. А если погибнет много женщин, то возрождение вообще станет невозможным.

Измаил, разумеется, был прав. Но традиции были против него. И традиции, как всегда, победили. Не только все сестры, но и сама Намали заняла место на флагманском корабле.

Измаил понял, что спорить с ними бесполезно. Он и так сделал больше, чем мог. Если спорить дальше, то он просто устанет чисто физически и потеряет свой авторитет.

Он работал, как все, и даже больше. Спать ему приходилось совсем мало. Особенно трудно для него было уснуть днем, так как мешал свет. Странно, что люди за столько тысячелетий сохранили обычный восьмичасовой цикл отдыха и деятельности. Удлинение дня и ночи не повлияло на этот цикл. Поэтому сейчас приходилось спать часть дня и работать часть ночи. Однако вскоре Измаил приспособился и к этому.

И наконец настал день, когда громадный корабль был построен, нагружен запасами пищи и бомбами. Десять человек составили его команду, и «Бубарангу» медленно поднялся в воздух и полетел на северо-запад. Его целью был Бурангах, находившийся в тысячах миль отсюда.

Четыре корабля последовали за ним через пять дней, что составляло двадцать дней по времени, когда солнце было ярко-красным.

Измаил командовал «Рулангой» – флагманским кораблем. Они летели по направлению к группе гор, которые Измаил считал Гавайскими островами, хотя вполне возможно, что он ошибался – за столько лет земной ландшафт мог измениться – одни острова могли возникнуть, другие – исчезнуть. Передвигаясь со средней скоростью десять узлов, флот мог достигнуть цели за двести часов, но Измаил приказал, чтобы запасы пищи на кораблях были минимальными. Он хотел привезти максимум бомб и другого оружия. Поэтому пришлось по пути охотиться на китов для пополнения запасов. А затем они догнали «Бубарангу», и им пришлось спустить часть парусов, чтобы присоединиться к ее скорости. И когда до Бурангаха оставалось всего сотня миль, они начали описывать круги, чтобы дождаться ночи.

При этом они внимательно следили за горизонтом, так как в любой момент могли быть застигнуты китобойными судами противника. Наконец красное солнце опустилось за горизнот, напоследок осветив вершины гор, которые были целью Измаила и его войска.

Капитаны собрались на флагманский корабль для последнего совета. Измаил хотел, чтобы каждый хорошо понял свою роль.

После совета все выпили нахамчиза и разошлись. Капитаны были бледными, но полными решимости. Существование их народа зависело от них. От них, а не от богов, которые народ потерял.

Более того, если они попадут в плен, их ждут ужасные муки. Враги знали, как причинять боль своим пленникам и как отдалять их смерть.

Будто схваченное за горло, солнце, повисев над горизонтом, скрылось за горами. В безлунной ночи корабли поплыли к своей цели. Через час взошла луна и залила мир болезненным сиянием. Корпуса кораблей и их паруса были выкрашены в черный цвет, чтобы не выдавать себя в ночи.

Вблизи Бурангаха все корабли, кроме флагманского, стали делать маневры, чтобы окружить город. Корабли поднялись вверх насколько возможно. Матросы дышали сквозь маски, куда подавался более густой воздух. Это изобрел Измаил. Через час, который отмерили песочные часы, тоже сделанные Измаилом, корабли должны были опускаться. Они должны были делать это медленно, пока не увидят сигнал, после этого следовало выпустить воздух из пузырей.

«Руланга» летела прямо вперед, постепенно снижаясь. Примерно в двадцати футах над землей она выровнялась и по горизонтали, медленно и спокойно скользя по ветру. Затем «Руланга» бросила якоря, которые зацепились за растения, и остановилась у подножья горы, под выступом, на котором расположился вражеский город.

Над ними взад-вперед летали корабли-патрули, охранявшие город. Но они были слишком высоко, чтобы обнаружить «Рулангу».

Измаил переоделся в черную одежду, выкрасил лицо черной краской. Через некоторое время к нему присоединилась и Намали, также переодетая и перекрашенная. Измаил отдал последние приказы Наваштри, своему первому помощнику, который будет командовать кораблем в его отсутствие. Затем Измаил и Намали сели в лодку, и с ними было еще шесть человек. Каждый имел при себе длинный нож, сделанный из стебля растения, напоминавшего бамбук. Пузыри были предварительно наполнены, чтобы обеспечить быстрый подъем лодки. На дне лодки лежало и другое оружие: короткие копья и луки со стрелами. Измаилу долго пришлось убеждать своих подданных, чтобы они сделали луки. Люди знали, как их делать, но очень давно отказались от них, не пользовались ими. Однако Измаил сумел уговорить их, сославшись на то, что этого хотят боги.

К этому времени Измаил уже пришел к выводу, что этих людей всегда следует убеждать именно так, ссылаясь на богов. Он поступал так, будто получал приказы от богов и просто передавал их людям. И люди подчинялись этим приказам. Возможно, это было потому, что люди сами хотели верить, что боги еще не окончательно покинули их.

Наконец настало время, когда лодка Измаила и пять других лодок начали подниматься вверх. Они поднимались со спущенными парусами, и вскоре над ними возникла каменная преграда – горный уступ. Каркри, который управлял маневрированием лодки Измаила, начал выпускать газ, чтобы замедлить подъем. На других лодках стали делать то же самое.

Эти люди родились в воздухе. Порции выпущенного газа они отмеряли почти автоматически, и лодки постепенно замедляли скорость подъема. И вот лодки поднялись до уступа. Люди легли на спину, и, находясь под уступом, упираясь руками, стали медленно перемещать лодки к краю уступа.

Это была трудная работа, так как уступ был довольно широким. При этом они боялись порвать кожу, очень прочную, но тонкую.

Измаил слышал тяжелое дыхание людей на своей лодке. Справа и слева от него слышалось то же самое. Правая лодка находилась всего в шести футах от него, но в темноте Измаил видел лишь ее смутный силуэт.