Шрифт:
– И что? Прямо так и пела?
– Да, так и пела. Потом Фофа признался, что попросил Феликса напеть Настиным голосом эту песенку. Записал на магнитофон и смонтировал что-то вроде небольшого воспроизводящего устройства. Я подробностей не знаю, тогда ещё не интересовался.
– А как же она ходила?
– Слушай, откуда я знаю? Я же говорю, в те годы я электроникой ещё не занимался. Это произошло гораздо позже.
– А чем занимались эти… Ваши…. Тихоня, и как его?..
– Башмак?
– Ага!
– Тихоня, он и в Африке тихоня. Кто его знает, чем он занимался. Иногда предупреждал о каких-либо грядущих неприятностях. Кстати, после таких сообщений башмак куда-то исчезал, а потом появлялся и сообщал, что неприятности отменяются. Так оно и случалось на самом деле.
– Что, всегда отменялись?!
– Нет, не всегда. Иногда сбывались. Я же говорю, самые скрытные были. Всё в разведчиков играли, до десятого класса.
– А вы хоть в гости друг к другу ходили?
– Конечно, ходили, а как же! С днём рождения поздравляли, иногда новый год вместе встречали. В игры разные играли вместе.
– А какая кличка у тебя была?
– Платоша.
– Чего?
– Платоша, говорю.
– Я поняла, что Платоша, что это значит?
– Платон.
– Какой ещё Платон?
– Философ древнегреческий.
– А! – Юлька расхохоталась. – Оказывается, ты ещё в школе философствовал?! Вместо того чтоб девчонок любить.
– Ты знаешь, как-то так выходило, что нравились мне одни, а прилипали другие. Вот и не состыковались. Ну не обращал я на них внимания. И потом, я к девушкам относился очень трепетно, нежно, что ли, а им такое обращение почему-то не нравилось. Вот был у нас такой Ваха Диметров, грубьё несусветное, схватит в охапку одну и давай целовать посреди коридора, чуть что руки распускал, за грудь девчонок хапал, под плате лез без зазрения совести. Они ругались, били его, и тут же улыбались, мол, ты не смотри, что мы так реагируем, продолжай в том же духе.
Юлька вдруг села на кровати и внимательно посмотрела на меня.
– Кажется, поехали. – Сказала она.
– Мы уже давно идём. – Возразил я. – Просто ты не замечала.
– Да. Качка увеличилась.
– Ну, не обязательно, что это движение. Может быть, усилился шторм.
– Может быть. – Без энтузиазма согласилась девушка, снова укладываясь. – А как ты оказался там, у ресторана?
– Я же тебе говорил… Шёл с работы…
– А как же ты без предупреждения сорвался? Ни выходного пособия, ни отпускных, просто взял и удрал. Так не бывает.
– В наше время всё бывает. – Сказал я, не желая продолжать разговор на эту тему.
– Ты не обижайся, просто я хочу знать про тебя как можно больше.
– Слыхала такую поговорку: "Меньше знаешь – лучше спишь".
– Слышала.
– Вот и перестань забивать себе голову всякой ерундой. Тебе она всё равно не пригодится.
– Почём ты знаешь?
– Знаю.
– А у меня никого и никогда не было. – Вдруг призналась девушка.
– Ты уже об этом как-то говорила.
– Да? Не помню. – Она помолчала, как бы вспоминая, потом продолжила. – В нашем классе вообще пацанов практически не было. Все девчонки.
– А какие предметы ты больше всего любила?
– Да никаких предметов я не любила. Я вообще не любила учиться. Не нравилось мне, и всё. Вот книжки читать обожала. География нравилась. Не политическая, физическая. Путешествия всякие, приключения.
– Наверное, Дюма, Дрюон, Мопассан, Стендаль… – Продолжил я список.
– Ты знаешь, нет. Я больше Фенимора Купера читала, к Жорж Санд приобщалась, Майнрида почитывала иногда. Да и то так себе. Кое-что нравилось, кое-что нет.
– А откуда тогда Лупе де Вега знаешь?
– А, то кино было такое. Оно мне очень нравилось.
– Странная ты какая-то. Вроде неуч, а кое-что знаешь.
– Смотрите, умник нашёлся. – Съязвила девушка.
– Ты, наверное, стихи писала?
– Делать мне больше нечего было. Я книжки пыталась писать.
– Ого! Ну и как?!
– Да никак. Чушь получалась. Графоманство сплошное, штампы. Аж самой противно было.
– интересно было бы взглянуть.
– Чтоб поржать над бедной девушкой?
– Нет, чтоб понять хорошенькую девушку.
– А ты льстец!
– Я?! Никогда таковым не был. Может, поэтому с девушками у меня ничего не получалось.
– Не понимаю, как ты такой неотёсанный нашёл жену?!
– Хм… Это ещё как сказать… Кто кого нашёл…
– Точно.
– Ты же вон тоже утверждаешь, что я тебе нравлюсь.
– То я шутила.
– Я так и думал.
– Не обижайся. Я просто так сказала, тебя подразнить. Хочешь, я тебя поцелую?!
– О таких вещах не спрашивают. Их просто делают.
– Ну! Тогда держись! – Сказала она, поднимаясь.