Погрузка закончилась, люки задраили. Они покинули гавань. Иона был неприятно удивлен, когда заметил, что их старый дизельный корабль выбрасывал в воздух клубы черного дыма из грязных старых труб.

Он преодолел семь лестничных пролетов, забрался на мостик, возвышавшийся над рядами составленных друг на друга контейнеров, и смотрел, как по мере движения корабля удалялись береговые огни Шанхая. Судно набрало скорость, выйдя на просторы Восточно-Китайского моря. Их курс лежал на юго-восток.

Сэм, Аксель и Брэдбери дни напролет проводили в сети.

– Мы используем любую возможность, – объяснила Сэм, – вербуем агентов везде, где можем.

Они находились онлайн по несколько часов подряд, ведя деловые переговоры, в том числе о вооружении. Поначалу Иона держался в стороне от всего, однако на третий день плавания Аксель предложил ему присоединиться.

– Почувствуй себя одним из нас, – сказал он.

Но Иона предполагал, что тот просто устал отвечать на вопросы, которыми парень забрасывал его каждый раз, когда Аксель возвращался из онлайна.

Местом встречи оказался захудалый бар на задворках, где заседало сборище разношерстных аватаров. Двое из них – большая белая свинья с отвисшей челюстью и покрытый движущимися татуировками юноша с дредами – имели большой авторитет среди Стражей. Ионе не назвали их имен, а он не стал спрашивать.

Само собой, Ионе были уже знакомы грифон и единорог, аватары Акселя и Сэм, но Брэдбери он прежде не видел в Метасфере. Обнаружилось, что в виртуальном мире их хмурый инженер превращался в каштанового цвета клейдесдальскую лошадь [11] с белыми ногами и носом. Неужели в подсознании Брэдбери представлял себя именно так?

Несколько раз Брэдбери с усмешкой высказывал мнение, что «малышу» нечего делать рядом с ними в Метасфере. Ионе было неприятно это слышать. Да, он не был одним из них, но разве он не заслуживал доверия? Разве не он в Москве спас всех от людей Чанга? И белая свинья, казалось, была очень рада встрече, хотя Иона понимал, что ее интересует не он, а знания, унаследованные от отца. Знания, часть которых он пока еще не открыл никому.

Иона слышал, что Стражи собирались встретиться в местечке под названием Вумера. Те, кто доберется туда в реальном мире, отправятся во главе с Брэдбери к Айерс-Рок, чтобы совершить нападение на Южный Угол.

В какой-то момент разгорелся спор по поводу достаточной продуманности этого плана. Стражи долгое время возлагали надежды на изобретение Чанга и теперь были разочарованы. Даже если им удастся захватить Южный Угол, они не смогут скопировать информацию и перенести ее на специально подготовленные серверы. Придется удерживать под своим контролем Айерс-Рок, и неизвестно, как долго.

Аксель, однако, напомнил всем, что чем дольше откладывается этот момент, тем больше времени получают Миллениалы для укрепления позиций в Южном Углу. Без сомнения, они будут стягивать туда все новые силы для обеспечения безопасности объекта.

– Чем быстрее мы нанесем удар, – сказал Аксель, – тем лучше.

После возвращения в реальный мир, на старое дизельное судно, Брэдбери отвел Иону в сторону и со свойственной ему прямотой заявил:

– Это не твоя война!

– Но… – начал Иона.

– Послушай, парень, – сказал Брэдбери, – до сих пор ты нам очень помогал, я этого не отрицаю, но ты еще ребенок.

– Мое детство закончилось, когда мама вытолкнула меня из окна небоскреба за мгновение до взрыва, – ответил Иона, – да и Сэм, кстати, ненамного старше меня…

– Саманту готовили к этому всю жизнь, – ответил Брэдбери. – Она разбирается в механике и скоро станет первоклассным пилотом. К тому же она намного более зрелая, чем ее отец, и на все сто процентов предана делу. Ты можешь сказать о себе то же самое?

Иона не мог; его молчание было самым красноречивым ответом.

– Ты даже не понимаешь, что я делаю тебе одолжение, – продолжал Брэдбери. – Скоро станет жарко, а ты к этому не готов. Если тебе нужна еще причина, так пожалуйста: мы не можем себе позволить потерять тебя. Эта миссия – только начало. Есть еще три Угла, три серверных парка, захваченных Грейнджером. И ты единственный, кто может указать дорогу туда.

Иона не собирался держаться в стороне, но, может быть, все же стоило прислушаться к Брэдбери. Чтобы спасти свою жизнь.

После этого случая Иона перестал выходить в Метасферу. Напряжение в виртуальном мире нарастало. Когда Иона попробовал вернуться в Парк Венеры на место, где раньше располагался семейный магазин, он обнаружил, что весь парк заполонен протестующими и повсюду беспорядки. Иона любил Метасферу, но с тех пор, как Грейнджер вернул себе контроль над ней, парень стал чувствовать там себя чужим. Он больше не ощущал там себя, как дома. Он больше нигде себя так не ощущал.