С корабля вниз летели пылающие обломки и осколки солнечных батарей. Иона затаил дыхание. Он знал, что если один из обломков случайно прорвет парашют, это будет означать конец.

В этот раз он оказался вполне готовым к скорости приближения земли. Но в отличие от предыдущего дня у Ионы больше не было резиновых колес, чтобы смягчить удар. Будет больно.

Он согнул колени, чтобы спружинить, приземлился на ноги и покатился по земле. Ему показалось, что гигантский молот ударил одновременно по каждой косточке в его теле. Но когда он наконец остановился, лежа лицом вниз в колючей благоухающей траве, то понял, что ничего не сломал.

Парашют опустился прямо на него. Минуту пришлось, задыхаясь, барахтаться вслепую, чтобы выбраться из-под белой ткани.

Иона увидел, как пылающие обломки дирижабля исчезли за небольшой рощей, оставив за собой дорожку черного дыма.

Земля под ногами слегка содрогнулась, когда гигантский раненый бегемот врезался в нее носом.

Затем на мгновение наступила полная тишина.

Мэтью Грейнджер был не в настроении.

Его ужин – первая приличная еда за три года, стейк с кровью, приготовленный одним из лучших французских шеф-поваров, – был прерван.

Он приказал своим агентам немедленно поставить его в известность, когда Джейсон Делакруа будет мертв. Но Миллениалы снова могли предложить ему лишь сомнительные предположения.

– Мы обнаружили воздушное судно, сэр, – с усталым видом сообщил один из них.

– Выжившие есть? – спросил Грейнджер и аккуратно отложил в сторону вилку, не сводя при этом глаз с острого ножа.

– Мы не знаем наверняка, – ответил агент.

– Кто руководил этой операцией? – Грейнджер поднялся со стула. Он поместил нож в небольшой отсек правой киберкинетической ноги.

Едва Грейнджер переступил порог, в командном пункте воцарилось молчание. Два десятка Миллениалов склонились над компьютерами и делали все, чтобы не встретиться взглядом со своим хозяином. Они знали, кто по опыту, а кто по слухам, что когда Грейнджер получал плохие новости, лучше не попадаться ему под горячую руку.

– Кто управлял дроном, который преследовал воздушное судно Стражей? – вопрос Грейнджера прорезал тишину.

Руку поднял юный очкарик с копной непослушных волос.

Грейнджер подошел к его компьютеру и пробежался глазами по информации на экране.

– Ты держал их на мушке, – сказал Грейнджер тихо, но угрожающе.

– Д-да, сэр, – запинаясь, ответил программист, – но я не был уверен…

Грейнджер заговорил сквозь зубы:

– Мы стоим на пороге нового мирового порядка. Все, ради чего мы работали столько времени, уже наше. Осталось только протянуть руку и взять. Единственный человек, который может помешать нам достичь цели, – предатель и террорист Делакруа. Ты держал его на мушке и произвел предупредительный выстрел?

Голос Грейнджера становился все громче и на последних словах превратился в крик. Юный программист испуганно молчал, белый, как полотно.

– Простите, сэр, – вмешался Миллениал, который приходил к Грейнджеру с докладом. – Позвольте заметить, что цель была поражена, и человек, о котором вы говорите, почти наверняка погиб.

Грейнджер повернулся к нему:

– Джейсон Делакруа выживал в передрягах и похуже. У него было полно времени, чтобы убраться с корабля и как следует спрятаться на земле!

– Мы отправили всех свободных дронов в эту зону, сэр. У нас есть агенты во французской жандармерии, которые могли бы…

Миллениал затих, так как Грейнджер отвернулся от него с презрительной усмешкой.

– Я посвятил всю свою жизнь созданию нового мира, – заорал он, – лучшего мира для всех нас. А когда я доверяю вам важную миссию, вы ее проваливаете! Люди наподобие тебя, – он обернулся к дрожащему очкарику, – не достойны жить в мире, который я создал. И не будут!

Грейнджер схватил очкарика и задрал его рубашку, обнажив спину и вживленный в нее порт прямого доступа в Метасферу, затем достал нож для стейка и одним движением отрезал пластиковое кольцо, соединенное со спинным мозгом жертвы. Парень закричал, когда Грейнждер вырвал окровавленный порт из его спины и швырнул на пол.

– Я больше не хочу видеть твой аватар! Никогда! – проорал Грейнджер, указывая ножом на дверь.

– Сэр, пожалуйста, – взмолился очкарик. – Что, что я буду делать? Где я…